Сингомэйкеры

– Да не спокойно, а просто нормально!

– Ну, мужчинам мобильники с видеосвязью потому и не нравятся, что скрываться труднее.

– Никаких претензий, – сказал я с жаром. – Завтра будут видеть не только меня в постели или в туалете, но и все мои анализы… Как и любого другого. Открытость неизбежна. Частной жизни в старом значении этого слова не будет, это точно.

– Очень хорошо сказано, – проговорил он в раздумье. – Вы вообще-то должны так сказать, если хотите получить у нас работу, но… вы говорите искренне, потому что именно так и думаете.

Кстати, вот договор, просмотрите и подпишите. На каждой странице.

Страниц оказалось всего две, это приятно удивило, сейчас ларек по торговле зажигалками, заключая договор о сотрудничестве с другим ларьком, составляет его на двадцати страницах убористого текста с множеством статей, подстатей и всевозможных оговорок.

Ничего нового я не увидел в сравнении с тем, что сказал Кронберг, подписал в нужных местах. Он взял оба экземпляра, прочел, удовлетворенно кивнул, затем, к моему изумлению, сложил бумажные листы вчетверо и опустил в скромного вида большую пепельницу в виде золотой жабы.

Я непонимающе смотрел, как он коснулся передней правой лапы. В пепельнице мгновенно взвился короткий дымок и сразу рассеялся.

Кронберг тщательно растолок пепел, нажал задние лапы, и пепел исчез, превратившись в легкое колечко дыма, какие любят пускать курильщики.

Я смотрел изумленно, он повернул в мою сторону голову, серые глаза внимательно осмотрели мое лицо.

– Изумлены, хорошо.

Но вопросов не задаете. Почему?

– Секретность, – пробормотал я. – Могут выкрасть не только бумаги, но и компьютерный файл. Без чего можно обойтись, лучше обходиться.

Он кивнул, все еще не сводя с меня пристального взгляда.

– А как, по-вашему, мы добиваемся, чтобы договоры все же не нарушали?

Я осторожно развел руками.

– Во-первых, сверхвысокой зарплатой и разными бонусами. Во-вторых… если братки на рынке умеют добиться, чтобы соглашения с ними выполнялись, то фирма, у которой возможностей больше…

Я не договорил, все же прослушивается и записывается, он сам предупредил.

Кронберг выслушал и снова кивнул.

– Вы правы. Мы возвращаемся к благородным временам, когда верили на слово. Договор, который вы подписали, – это так… простое напоминание, что обязывались хранить наши тайны. А заставлять соблюдать их через суд мы не будем.

– Это понятно.

Он поднялся, протянул руку.

– Рад приветствовать вас как нового сотрудника!..