Святой Грааль

Обогнали телеги, нагруженные бедным домашним скарбом. Под навесом сидели женщины, дети, а мужчины управляли лошадьми – сухими, тонконогими, словно неистовый зной вытопил из них не только жир, но и мясо. Огромных франков провожали неприязненными взглядами, но когда Томас грозно зыркал на них через прорезь шлема, поспешно опускали глаза.

– Сэр калика, – внезапно сказал Томас. – Мы оба из Иерусалима едем на север… Могли бы еще не одни сутки вот так вместе!

Калика покачал головой:

– Я не жалую боевые забавы.

– По крайней мере, могли бы ехать вместе еще долго! А если придется браться за меч, то справлюсь один.

Он прикусил язык, вспомнив, что калика был свидетелем того, как он «справился»: сам выхаживал, отпаивал травами, перевязывал раны.

– Нет, – ответил калика твердо, и Томас понял, что ничто не сдвинет калику с его решения. – Я другой. У тебя совсем иная дорога, как и в жизни. К тому же ты что-то скрываешь… Я чую странность. Большую странность. И непонятную опасность, что связана с тобой.

– Опасность?.. – повторил Томас с недоумением. – Какая опасность? Впрочем, разве жить вообще не опасно? Тем более рыцарем?

Калика помолчал, затем, видя, что рыцарь в нетерпении ерзает, ждет ответа, сказал нехотя:

– Другая опасность… Что-то связанное с чашей. Хотя почему? Не пойму.

Томас прошептал в суеверном ужасе:

– Обереги сказали?

– Они.

Томас перекрестился, поплевал через левое плечо, с опаской осмотрелся – они двигались через пустое пространство.

– Пресвятая Дева, сохрани и защити!.. Сэр калика, если ты мог подумать обо мне плохо, то я сам виноват. Дважды спасал, а я не доверю такую малость?.. Сэр калика, я в самом деле везу не простую чашу!

Он замолчал, но калика ехал неподвижный, рослый, нахмуренный, смотрел на дорогу перед собой.

– Сэр калика, ты слышал что-либо о… Святом Граале?

Томас задержал дыхание, последние слова почти прошептал, но ему показалось, что прогремели, как раскаты грома.

– Она самая?

– Она, – ответил Томас удивленно. – Ты… слышал? Язычник?

– Когда ваш бог Христос был распят, – сказал калика, – один из учеников тайком подставил чашу, собрал драгоценную кровь… Она? С той поры чаша считается у вас священной – Святой Грааль.

Томас прошептал, опасливо оглянувшись по сторонам:

– Видишь, даже до язычников докатилась слава Святого Грааля.