Таргитай

Челюсти мощно заработали, по подбородку на расшитую петухами рубаху потекли коричневые капли сока.

Невр быстро расправился с тем, что принесли, но молодые девки так и вьются вокруг, подкладывают лакомые куски, несут зажаренных целиком кур и гусей, тяжёлые ломти исходящих вкусным запахом пирогов.

Насытив первый голод, дударь принялся есть неторопливо, смакуя каждый кус мяса, божественно вкусного яблочного пирога, глотнул медового кваса, настоянного на ягодах и травах.

Наконец, он распустил пояс, тяжко выдохнул, но проглотил еще штук десять пирожков с вишней, рыбой и курятиной.

Сыто рыгнув, отодвинулся от стола, поблагодарил. Отяжелевший, он выбрался из пропитанной запахами еды кухни и оказался во дворе. На противоположной его стороне до сих пор толпится народ, бояре с дружинниками разошлись, теперь там простой люд. Кологор с деревянного помоста выслушивает и разбирает жалобы.

Толпа приветствует его решения громогласными воплями радости, выкрикивает здравицы.

Двор вокруг Таргитая пестрит строениями – сараи, конюшни, кузницы, несколько колодцев с железными воротами. В раскрытых воротах конюшен видно, как в стойлах отмахиваются от мух кони. Доносится ржание, пахнет сеном, свежими конскими каштанами.

Тут же из трубы на крыше кузницы валит густой чёрный дым, из раскрытой двери идёт волна сухого жара, доносится тяжёлый звон молотов.

– Ты что ж это, дурень, наделал?! – донёсся из кузницы разъярённый вопль. – Это не меч, а кочерга! Ей только быков под брюхом чесать!

– Прости, Макар! – проблеял молодой виноватый голос.

– Это меч для самого доблестного Альгарона! – вновь проревел коваль. – Если к завтрашнему утру не переделаешь, я на него твои кишки намотаю! А потом – князь намотает мои!

Таргитай направился к ближайшему колодцу – во рту после свинины с острыми травами сухо, язык превратился в кусок жёсткого мяса, который едва не обдирает дёсны.

Внезапно перед ним возник высокий коренастый воин.

Кольчуги на нём уже нет, ворот простой льняной рубахи колышется от ветерка. В левом ухе поблёскивает серьга. Сквозь ткань рубахи заметна широкая и могучая, как пиршественный стол, грудь. Тяжёлая нижняя челюсть агрессивно выдвинута вперёд. Тёмные карие глаза смотрят с ненавистью.