Сингулярность (сборник)

Звяга извивался на полу, жутко вопя, тряс и бил правой рукой по полу. Белый комок облепил кисть, прямо на глазах вползал выше, комочки разлетались в стороны. Обезумевший от боли человек пытался судорожно вытереть массу о черные пластиковые плиты, но тщетно. Въевшиеся репликаторы равнодушно вгрызались в плоть, перерабатывая в новые объемы себя.

В отсеке уже весь угол залит шевелящейся белой массой, похожей на жидкое тесто.

– Какого черта ты полез? – ахнул Коваль и, чуть не снеся с ног лаборанта, бросился из кабинета.

– Осторожно… капли… брызги!.. – выкрикнул Звяга, лицо покрыла мертвенная бледность, глаза закатились, голова глухо стукнула о пол. Белая субстанция подтекла под край шкафа – он начал медленно крениться, пластик пола запузырился, словно поднесли пылающую паяльную лампу.

– П… п… профессор, – выдавил Лавров в отчаянии, следя, как субстанция неторопливо переползает на предплечье Звяги.

Коваль вбежал, сжимая красную рукоять пожарного топора. Короткий свист оборвался чавкающим звуком, брызнуло алым, обрубок кисти, пузырящийся, как сахарная вата, нырнул в общую массу.

Коваль обхватил пострадавшего, поволок из комнаты. Тут же, скрипнув, согнулся шкаф, словно ладонь великана попыталась ухватить шустрых профессоров. С верхних полок посыпались блоки микросхем.

– Не стой столбом! – гаркнул профессор. Рванул пояс халата и туго перетянул культю Звяги. – Вызывай тревожную группу! Работай по инструкции! Включайся!

Лавров нервно закивал, в остекленевшие глаза вернулась мысль, и пулей унесся по коридору.

Коваль тщательно осмотрел ботинки и пол в лаборатории. Кивнул, отметив несколько пузырящихся очагов на полу, мебели и «поплывшее» лезвие топора. Звяга прислонился к стене, тихо постанывал сквозь стиснутые зубы, прижав к груди, баюкал кровоточащий обрубок. Профессор подхватил увесистое тело на плечо и, слегка пошатываясь, зашагал к выходу.

На восьмом этаже пятого корпуса НИИ нанотехнологии в большой светлой комнате несколько человек сгрудились вокруг длинного стола.

В углу на низком диванчике мечется и скрипит зубами несчастный Звяга. Воздух пропитан напряжением и отчаянием, того и гляди заискрится вспышками молний. Огромное, во всю стену, окно открывает пугливым взглядам зрелище катастрофы. На фоне серого бетона, аккуратно расчерченного разделительными линиями, медленно оплывает с одного края широкое приземистое здание. Оно выглядит словно торт, на который вылили кружку азотной кислоты.