Город Кондора

Наблюдатель пожала плечами:

– Позавчера.

Парню пришлось повернуть голову и посмотреть – не шутит ли она. Её скучающее лицо говорило, что нет.

– Каким образом?

– Осмотритесь вокруг, Командор. Что вы видите?

Кир не понял, применила ли она внушение или нет, но он медленно повернулся вокруг своей оси, осматривая станцию.

– Рельсы, двери лифта, вон в том углу висит камера, но её сейчас не видно. Задувает ветер, значит, он с севера и скоро похолодает. Опять отклеилось объявление о смене расписания.

Кто-то намалевал хреновую картинку рядом с мусорными бачками. Что это – циркуль?

– Где? – резко повернулась Мио.

– Вон, – указал Командор пальцем на бачки около скамейки.

– Твари. – Мио толкнула Кира в сторону и быстро подошла к бачкам.

Она постояла рядом с ними, осмотрела со всех сторон, даже посветила рукой. Потом разочарованно покачала головой и вернулась. Как раз подошёл вагон монорельса. Дверь перед Киром не открылась – для поезда он был пустым местом.

Командор поднял бровь.

– Не сейчас. – Она подошла и по-детски потёрла глаза.

Дверь перед Мио открылась, они вошли, сели на кресла, и она спросила снова:

– Скажите, что особенного в том, что вы увидели. Помимо рисунка?

– Да ничего. Только я не вижу того, что видел раньше.

Мио посмотрела направо – туда, где в заднем стекле исчезала за поворотом станция.

– Тогда задам вопрос иначе: сколько человек было на станции?

У Кира аж напряглась челюсть.

– Ни одного?

Наблюдатель качнула головой влево:

– А вот тот, что вошёл с нами в вагон?

Кир посмотрел туда, куда она показала.

Там сидел пожилой мужчина в светлом плаще. Он положил модную карбоновую шляпу на колени и теперь читал с планшета.

– Вы говорите, что защищаете человечество. – В её голосе звенела расстроенная струна. – При этом видите людей мишенями и оцениваете, опасны они или нет. А ведь люди – это и есть то человечество, о котором мы говорим.

Она почесала нос, коснулась виска, прислушиваясь к голосу внутри.

– Нам разрешили прибыть на Базу. – И закончила свою мысль: – Мы отключаем нейроинтерфейсы не меньше раза в три месяца. На несколько дней.

– Зачем?

– Чтобы не забыть, что значит быть человеком.

Они замолчали, и вагон монорельса мирно покачивался по ходу движения. Оказалось, что они здесь лишь втроём. Час пик позади, и люди с работы вернулись домой, к детям, которые постигают себя через «Глубину».