Лавка Сновидца

Как и о том, как же использовать навыки узких специалистов, не являясь ими. Не говоря о том, чтобы вспоминать те знания, которые были утеряны во мраке веков.

– Ты уверен, что ты готов продолжать?

Абрафо держал в руках пачку льда и, вытаращив глаза, наблюдал, как по моему лицу расползаются синяки. Я чувствовал их огромными горячими шарами, что засунули мне под кожу. В отражении небольшого зеркальца, что я нашёл в столе отца, я с трудом разглядел собственные глаза – настолько густой сеткой лопнувших сосудов покрылись они.

– Сколько времени? – спросил я. Дыхание ещё полностью не восстановилось и говорить было физически тяжело. Руки дрожали. Хорошо хоть свежая повязка остановила кровь в плече – осмотр показал, что открылась лишь небольшая ранка, но от стресса струила так, что демоны не приведи.

– Два. Даже пять минут третьего. – ответил Аб и дал мне ещё один кусок льда. От первого осталось лишь тёплое влажное пятно на ладони и рукаве рубашки.

– Кто-то пришёл?

– Когда я заходил, помимо пяти машин полиции и двух скорых, оцепления и ярких бликов мигалки, я видел как твоя завсклада мило общалась с двумя парнями и девушкой.

– Гостей уже вывезли? – проигнорировав его предложение спросил я. Когда он кивнул, я закончил: – Тогда пошли встречать. Работы много.

Он покачал головой, но промолчал. А что? Я тут хозяин. Оказывается.

Когда я, чуть прихрамывая, вышел на улицу, в скорую помощь клали последнего из нападающих. Лимузин уже переставили так, чтобы он не загораживал дорогу. Полицейские следили, чтобы лишние не подходили слишком близко, но по сути в нашем замшелом тупичке лишними были только те, кого сейчас грузили в машины.

Мои работники и троица прибывших на собеседование находились за лентой, рядом с ними на тротуаре сидел и покачивался испуганный Кепка. Дядя Нестор сидел рядом на корточках и пытался его успокоить.

Когда работники меня увидели, они сначала помахали руками, а когда я подошёл поближе, их лица исказились: Пакхус зажала рот руками, Нестор подскочил и побежал ко мне, выкрикивая «Мастер Дементий!», а Михаил просто выпучил глаза.

Широченный Нестор сжал меня в объятьях, а когда я застонал, засуетился и начал причитать.

– Я теперь боюсь, что скажет мать и сёстры, когда меня увидят.