Лавка Сновидца

Но вот здесь и сейчас она вела себя именно так.

Мы промаялись два часа. Моё тело выло и требовало уважительного отношения к себе. Глаза стали видеть хуже, а голова трещала, словно в неё засыпали горох и теперь он там катается, раздражая всю внутреннюю поверхность головы. Синяки на руках и ногах щипались и чесались, а лицо горело адским огнём.

В какой-то момент от жары и усталости я стёр часть тонального крема с лица и Норна издала звук, похожий на всхлип:

– Ты похож на восставшего мертвеца.

– Ну, ты же сама говорила, что Сновидцы не сдаются, – пошутил я.

Норна нервно заржала и на неё начали шикать медсёстры, что пришли на замену ушедшим.

Ещё через час мы дождались. Отца на каталке отвезли обратно в палату, а к нам подошёл оперирующий дримолог. Он аккуратно снял шапочку, поджал ручки. Норна зло посмотрела на меня. Я проигнорировал её, ожидая слов доктора.

– Состояние вашего отца резко обострилось. Пришлось вмешаться. Сердце, – он пожал плечами. – Не обширный, но всё-таки инфаркт.

Кардиологи провели срочную операцию, поставили стент. Повреждения минимальны, но в его состоянии любая такая нагрузка – опасна.

Он переминался, словно думая о том, как сказать дальше:

– Мы попросим вас больше ничего не делать по-своему. Программа вашего отца согласована консилиумом, все процедуры записываются. Тем более ему в понедельник на операцию. Но теперь – вряд ли, придётся ждать, пока сердце придёт в себя. – Он ещё раз сжал свою шапочку и чуть увереннее добавил: – И всё же: если вы ещё раз вмешаетесь в лечебный процесс, больница будет вынуждена сократить посещения.

Он развернулся и ушёл. Стоило ему скрыться за дверьми, как Норна налетела на меня, снова шипя, как двенадцать змей:

– Ты думай, что делаешь! Если нам закроют посещения, мать тебя не простит, будь ты хоть пять раз наследником.

– Пойдём, посмотрим, – ответил я и поплёлся в палату. Норна бурча потянулась за мной.

Внутри на кресле в углу, где я ожидал эффекта от сна, сидела медсестра и зло поглядывала на нас.

Ну да, теперь ей не поспать на посту, придётся смотреть за нами-нарушителями спокойствия.

Я не стал никого провоцировать, медленно подошёл к папе с другой стороны, положил руку на голову. Погладил по волосам. Вежливо попрощался с медсестрой, пошёл на выход. Проходя мимо Норны подмигнул и прошептал:

– Всё прошло хорошо.

Теперь в голове отца пульсировала не только ритм секция, но и что-то ещё. Новый инструмент в его симфонии жизни.