Охота на единорога

А вот дети побежденного врага, которых почему-то не умертвили, чего требовали здравы смысл и древние традиции, обрадовали Асмана. Причина-то была не сложной: многочисленные наложницы короля не спешили брюхатеть, хотя он регулярно орошал их тоскующие лона. В тот же день, когда ему показали наследников поверженного Шаха, Лейла сообщила ему, что беременна.

Его Величеству было тогда тридцать два года.

Глава 8

– Отчего вы не хотите, чтобы я сообщил иракским коллегам о цели моего визита? – спросил Серж, перекусив куском пирога, – ведь мне придется проинформировать их.

Мы ведь не собираемся контрабандой вывозить манускрипт?

– Конечно, нет, – ответил Абрамс, стряхивая дрожащими пальцами со своего шерстяного пиджака крошки от печенья. – Я просто боюсь, что это ерундовое дело сразу превратиться если не в трудновыполнимое, то… в очень дорогостоящее. – К нему сразу примажутся разные государственные и партийные чины, которым придется давать взятки.

– Отныне нареченный… Садам Хусейн?

– И это тоже.

Мы, правда, собрали на эту экспедицию 100 тысяч фунтов. Деньги большие. Вы сразу можете получить половину. Остальное – по вашему усмотрению.

У Сергея потеплело на душе. Он начал лихорадочно соображать, что бы такое придумать:

– Нет проблем. Сказки белуджей! – сказал он. – Я когда-то писал об этом.

– Белуджи? – переспросил старик, – что за белуджи?

– Belutschistan, территория на юго-востоке Иранского плоскогорья, между Афганистаном, Персией и Индостаном, древняя Гедрозия.

Это небольшой народ меньше миллиона. Правда, они живут восточнее, но, по-моему, в Багдадской национальной библиотеке что-то по ним должно быть?

– Ну, пусть будут белуджи, – сказал Абрамс.– Звоните.

– Прежде я хотел бы получить более полную информацию, – сказал Серж.

– Вот все что у меня есть, – Абрамс передал Сергею небольшой конверт с японскими иероглифами. Тот достал из конверта письмо, оно было адресовано Абрамсу.

Серж посмотрел на него вопросительно, Джордж кивнул, разрешая читать. Письмо было от Фон Це, который писал:

«Дорогой Джордж!

Я давно уже переписываюсь с директором Иракского национального музея господином Мутавалли, очень эрудированным, и, в то же время влиятельным у себя на родине ученым. На днях ко мне по его рекомендации пришло письмо от одного иракского ювелира по имени Убейд.

Человек это, как я понимаю, от науки весьма далекий.