Шут из Бергхейма. Слуги Еммануила

Может, твой отец тоже воскрешающийся? Не думал об этом?

Лицо рыцаря прояснилось, а затем он нахмурился:

– Куда ты?

– Мне жизненно необходимо отвезти в лес пару юных дев и разрезать их там на аккуратные кусочки. Я ж из Питера, у нас так принято.

– Что?! – охладел голос Тристана.

– Искромётный юмор, не бери в голову. Мне надо подумать. Но если услышишь снизу крики и шум борьбы – спускайся, поможешь.

Последнее я сказал уже из коридора. Выдохнул. Вот это да. Вот это Егорка облажался. Чёрт, ещё одна бессонная ночь.

Но рыцарь прав. Программа соображает лучше человека. Если Робин сюда и придёт по такой наводке, то с армией.

Прошлый раз они с нами справились без проблем.

Да… Сейчас группа задохликов пришлась бы кстати. Дышалось без собратьев по несчастью не в пример легче. Но жить было, определённо, запарнее.

Под ногами заскрипели ступени.

Постучав в дверь, куда удалился Эндрю, я дождался, пока трактирщик откроет. Широко улыбнулся ему, натянул маску и произнёс:

– У вас не найдётся минутки поговорить о Господе нашем?

– Что? – не понял трактирщик.

– Об Еммануиле.

Эндрю перекрестился.

Рассвет хозяин таверны встречал, уже будучи полностью преданным незнакомцу из леса. Готовый донести весть до живущих в лесу разбойников, что к нему пришёл гонец от За-за-заики, и это определённо не воскрешённый Лолушко. Совершенно точно.

И не надо вообще упоминать имя гонца!

* * *

Мир не позволял вести шпионские игры. Даже если бы я натянул солнечные очки, напялил бы широкополую шляпу и закрыл лицо газетой, каждая мимо проходящая зараза знала бы – это Лолушко.

Потому что в этом мире так принято. Ты знаешь имя каждого встречного.

Тут, наверное, и знакомства никогда не практиковали. Зачем? Вон тот хмырь – это Эндрю. Во дворе дрыхнет пёс, над которым написано «Собака». Там же колет дрова дамочка по имени Лионел «Лепесток» Диипсвамп. Крепкая, краснолицая, с широкими плечами. Топором она работала мастерски.

И гонцом от лица Эндрю тоже служила она.

Короче, всё прекрасно структурировано.

Никакой тайны личности. Поэтому я торчал у окна, чтобы скрыться в глубине таверны, и ждал, когда придут гости. Если припрётся один человек, на разведку – чудесно. Здесь мы его и повяжем. Явится банда – ретируемся.

Вот только «Лепесток» давно уже крушила берёзовые поленья, а никто из «лесных братьев» на встречу не спешил.

Хотя наверняка уже знали о вестовом За-за-заики.

На втором этажа в каморке бил доски копытом Тристан.