Незавешенные зеркала

На лавке она увидела знакомое лицо, Сказочник, задумавшись всматривался в морской горизонт, словно хотел увидеть там парус, такой же одинокий, как и он сам. Он был одет всё в тот же вязанный свитер и розовый берет, увидев её старик искренне обрадовался: «Здравствуй, Светочка, я иногда думал о тебе и хотел снова увидеть, в прошлый раз мы так мило поговорили, я даже ночью хорошо спал. Чувствую у тебя хорошее настроение, посиди немного со стариком, зарази своим позитивом». Света села рядом и улыбнувшись, поздоровалась, положив свою ладонь на его руку, почувствовала сухую старческую кожу и холод, как будто этот человек был неживой.

Сказочник горько усмехнулся и произнёс: «Люди, как деревья в саду, когда вырастают цветут и плодоносят, радуя всех своими плодами, но приходит время, они стареют и засыхают, а садовник спиливает их, чтобы не портили общий вид. Я, девочка, это старое дерево, которое никому не нужно и на которое стараются не смотреть молодые особи». Свете нравился этот человек и придвинувшись ближе она ощутила запах, который издавал его свитер, так пахнут старые вещи, долго пролежавшие в комоде, а может это так пах сам Вадим Львович, но девочка сказала: «Я сегодня совершила плохой поступок, но меня почему-то не мучает совесть и нет желания покаяться. Что это, может я перешла за ту грань, за которой чёрная бездна и нет дороги обратно?». Сказочник пожал плечами: «Наша совесть, как подтекающий кран, требующий замены прокладки, сейчас люди его просто закрывают до конца и мучаются жаждой этой совести в редкие минуты эмоциональных потрясений. Честные и совестливые люди – вымерший вид, потому как живут недолго, всю жизнь страдая от той мерзости, которая их окружает и от людей, с которыми им приходиться общаться. Я не согласен со словами: «Мир жесток»», этот мир прекрасен, а люди, обитающие в нём, не могут жить в гармонии с ним, отсюда все наши беды. Если у тебя есть время, я хочу рассказать историю из своей жизни, которая очень подходит к теме совестливости у людей. Ещё в медицинском институте я подружился с хорошим парнем по имени Джек, так его назвали родители в честь их любимого киноактёра Джека Николсона. Мы учились на хирургов, поэтому он сам себя называл Джеком —Потрошителем, маньяком, терроризирующим Лондон в позапрошлом веке. Нам повезло, после окончания учёбы нас распределили в Ленинград, и мы стали работать в областной больнице с настоящими мэтрами хирургии.