Незавешенные зеркала

Время шло, и я заметил, как Джек меняется, он с завистью смотрел на дорогие иномарки, редкие в те времена, во время общения с людьми прикидывал стоимость их часов, украшений, одежды, а однажды во время застолья друг сказал, что нашёл способ быстрого обогащения. Он придумывал сам жуткие диагнозы больным и тянул с них деньги на лечение, сигналы, поступающие от пациентов, оставались без ответа, потому что Джек втянул в свой бизнес главного врача и некоторых других медработников. Мне на всю жизнь запомнилась пожилая пара, которую обманывал мой друг, эти люди прожили вместе долгую жизнь и хотели ещё хоть немного побыть вместе, но Джек плевал на морально-этические нормы, он тянул с них деньги.

Однажды осенью, когда было уже холодно, я увидел на остановке автобуса этих людей, они сидели с двумя чемоданами на лавке и смотрели молча перед собой. Когда я поинтересовался в чём дело, они ответили, что квартиру за долги у них забрали бандиты и им некуда больше идти, посочувствовав, я пошёл домой. Всю ночь я не спал, перед глазами стояла пожилая пара, выброшенная на улицу, эти люди пережили блокаду фашистов, трудные годы восстановления разрушенного хозяйства, но в мирное время стали жертвами мерзавца в белом халате. Я ненавидел себя за свою трусость и нерешительность, этот подтекающий кран совести капал постоянно, особенно кода оставался один. Однажды, когда мы были в Приэльбрусье я совершил поступок, о котором не жалею. Мы с Джеком увлекались альпинизмом и всегда ходили в связке, как-то он не удержался на уступе и повис на страховочном тросе, я был выше и помню его глаза, сначала весёлые, а потом полные ужаса, когда он увидел нож в моих руках. Джек с криком упал в пропасть, а я не ощутил ни раскаяния, ни страха за содеянное, вернулся в Ленинград и продолжал работать. Давно забыл про Джека, но иногда вспоминаю пожилую пару, кутающуюся в пальтишки, сидящую с чемоданами на автобусной остановке». Вадим Львович закашлялся и вытерев платком губы продолжил: «Вот такая история, Света, у всех людей есть похожие, но они предпочитают молчать, а я никого уже не боюсь, потому как вся наша жизнь построена на страхе и опасениях: что уволят с работы, бросит любимый, угонят автомобиль, или заболеешь неведомой болезнью и умрёшь. Люди уже в начале самостоятельной жизни входят в резонанс окружающего мира и перестают позитивно мыслить, они чувствуют себя в окружении врагов, которые задумали против них зло».