Незавешенные зеркала

Наконец, найдя нужное, похожее на то, с каким солдат-герой смотрит на генерала, когда тот вешает ему медаль на грудь, он отправился к своему руководителю. Фурия в моменты отдыха была похожа на добрую пенсионерку, отдающую всё своё свободное время разведению цветов в своём кабинете. Но это высокая худощавая женщина за свою жизнь пересажала столько бандитов и мошенников, что о её подвигах ходили легенды, а её лекции на юрфаке будущие правоведы слушали, затаив дыхание. Фурия поливала из лейки цветы в многочисленных горшках, расставленных по всему её кабинету и увидев вошедшего Кржановского пригласила присесть на стул.

Он присел недалеко от двери и в нём стало нарастать чувство тревоги, эта старуха могла держать паузу, от которой у многих её посетителей выступал холодный пот на лбу. Наконец, отложив лейку, женщина села за стол и сказала: «Здравствуйте, Теодор Казимирович, разговор наш не займёт много времени, поэтому послушай паршивец и вбей в свою голову, Я, здесь командую парадом и терплю вас потому, как боюсь, что вместо вас пришлют ещё больших мерзавцев. Под словом: „Вас“, я подразумеваю всех сотрудников нашего учреждения, для которых набивание своих карманов деньгами главный закон жизни. Но тебе Теодор, этого мало, ты здесь недавно, а уже ведёшь себя не как слуга Фемиды, а как проверяющий из столицы, которому все должны кланяться. Заканчивай нюхать кокаин, твои фантазии мешают делу, а лично мне смешно смотреть, как ты изображаешь из себя божьего избранника. Мы здесь решаем судьбы людей, и судья наркоман мне не нужен, ты уже сейчас шмыгаешь носом на заседаниях, скоро у тебя появятся покраснения на коже, станешь неряшливым, потеряешь вес и в конце концов будешь подвержен нервным срывам. Я всё это прошла по молодости, но Бог уберёг меня, а я хочу уберечь тебя, ты молодой, красивый мужчина и мне больно смотреть, как кончают такие, как ты. Скажи Гарибальди, чтобы не попадался мне на глаза, этот алкаш, как демон распространяет вокруг себя порчу и зловонье». Фурия замолчала на минуту, вспомнив, что очень давно, когда они были молоды и вместе начинали адвокатскую карьеру, она любила умного и весёлого Гарибальди и мечтала носить его фамилию. Тяжело вздохнув, женщина показала жестом, что разговор закончен, а когда тот вышел, достала из стола старую чёрно-белую фотографию, на которой были запечатлены она, Гарибальди и вся их группа молодых юристов, которые мечтали своей работой изменить мир к лучшему.