Жорж Милославский. Конец эпохи

Столик был несерьезный, прослушку к таким в этой эпохе не подсоединяют. И не надо ржать, лучше перестраховаться, чем налететь на неприятности.

– Петр, а ведь ты сечешь в методах слежки, прослушки, сбора информации. Это заметно.

– Ты же сам сказал, бывших КГБшников не бывает. В душе я тот еще разведчик.

– А бывший разведчик в курсе, что на нашу школу кто-то натравил ОБХСС? Потихоньку копают под музей, директора и трудовика. То есть всех, кто причастен к нашему пректу?

– Дело завели?

– Вряд ли, похоже, пока материал собирают.

– Ошибки не может быть? Откуда информация?

– Майор, что копает, сын моего бандита.

– Весело у вас там, прямо интриги Мадридского двора.

– Главное, чтоб Макбет не нарисовался.

– Жорж, почему у меня при разговоре с тобой иногда возникает ощущение, что разговариваю со взрослым человеком? А потом опять всё нормально – раздолбай и шалопай.

– Может шизофрения?

– У меня?

– У меня. Может, во мне сидят две личности, взрослый и подросток? И между собой как-то ладят, но управление телом друг у друга перехватывают?

– Вот опять! Это подросток издевается или взрослый откровенничает?

– Вскрытие.

Только вскрытие даст верный ответ на поставленный тобой вопрос. Нож-пила-топор с собой?

– Во-во! Я о том же. Может тебя реально надо в больничку? И меня до кучи, раз я повелся на твоё пророчество.

– Да осталось потерпеть всего-ничего до одинадцатого.

– Ты же сказал, десятого…

– Сразу не объявят, испугаются.

– Откуда ты это знаешь?

– Уже беседовали на эту тему.

Не знаю. Вот сегодня вспомнил, к новому году мистический фильм по телеку крутить будут по мотивам Стругацких. «Понедельник начинается в субботу», читал?

– Читал конечно. Это ты тоже ЗНАЕШЬ?

– Угу. Еще знаю про сверхсильные магниты. Их в США только что придумали и до ума доводят. В голову пришло вдруг.

– Тебе надо к ученым.

– Там таких уникумов полно. Да результат нулевой.

– Откуда взял? Опять ЗНАЕШЬ?

– В этот раз догадываюсь. Петр, ты помнишь истории про всяких внезапных вундеркиндов, которые сначала вон чего, а потом всё?

– Ну да, в газетах иногда пишут.

– А про Моцарта читал? С пяти лет музыку писал отпадную, а к тридцати пяти умер в нищете. Или Да Винчи – за что не возьмется, сплошные прорывы в науке. А скольких мы не знаем… Может у этих людей тоже всплывало в голове как у меня, а потом опять погружалось?

– Да, это в «Очевидное-Невероятное» к Капице идти надо, а не к ученым.