Ключи счастья. Том 1

Как это было торжественно! Все в белом, в собственных платьях… Маня лучше всех. Боже мой, какая она прелестная! Какой румянец! Какой блеск в глазах!

Петр Сергеевич добродушно смеется и становится похож на старичка. Да, глаза у Мани хороши… Ее глаза. Оба задумываются.

– И веселая она нынче? – спрашивает он наконец, подавляя вздох.

– Ах, удивительно!.. Просто – птичка… Все время смеется… Эти ямочки на щеках…

– Как у нее! – задумчиво говорит он.

– Удивительно похожа! Помнишь? На тот портрет, в бальном платье?

– Ну что ты? Куда ей… А рот? А нос? Нет! Ей далеко до матери! – с гордостью говорит Петр Сер-геевич.

– Итак, она опять к Горленко едет? Прекрасно… Ты, конечно, нынче ей ничего не сказала? – вдруг шепотом спрашивает он.

– Ничего… Не могла, Петя Это выше моих сил. Скажи ей сам.

– Да, да, конечно. Я бы давно сказал…

– Нет, Петя… Надо осторожно. За что было ей испортить первый день свободы? Ее лучший день?

– В письме этого не скажешь… Теперь до осени, значит? – И в голосе его звучит облегчение.

– Да. Вообще, чем позже она узнает, тем лучше! Надо исподволь подходить с такими жестокими разоблачениями…

Выходит долгая-долгая и грустная пауза.

– Она обещала писать? Анна Сергеевна молчит.

– Как ты думаешь, Аня? Любит ли она нас хоть немножко? Вот она даже не огорчилась, что нельзя сюда приехать… нельзя видеть мать. А может быть, ей этого хотелось?

Робкой надеждой дрожит его голос. Он тщетно Ждет ответа. Заглядывает в бледное, измученное лицо сестры.

Она спит.

…Что мне шумит?… Что мне звенит рано пред зарею?..

– Ах! Это ты, Ян? Как ты пришел сюда? Все двери заперты…

– Я влетел в окно… Здравствуй, маленькая Маня! Темноглазая моя фея! Дай я поцелую твои глазки!..

– О, рай какой, Ян! Как я давно ждала тебя! Душа моя состарилась от тоски… Я твоя, Ян… Целуй меня страстно! Обними меня крепко!.. Унеси меня с собою за грани этого мира… За те грани, куда глядели твои очи в тот день… Помнишь? «Упырь меня тронул крылом своим влажным…» Ян! Куда ты?.

…

Она так кричит, что этот крик ее будит. Она поднимается, озираясь. Алая заря глядит в окно розовой комнатки. Птицы щебечут в саду.

Подушка ее залита слезами.

Она в парке, на могиле Яна.

Опять нахлынуло прошлое. И затопила ее душа высоко поднявшаяся волна печали.

Какое чудное место! Под каштанами на зелени лужайке два могильные холма. Большой и маленький… Чудные розы, лучшие розы сияют вокруг праха того, кто их любил когда-то.