Приключения поручика гвардии

Знать, хорошо готовили дворянских отпрысков в Морском корпусе, так как он сам был довольно хорошо образованным молодым человеком, свободно владел французским, читая французских авторов в подлиннике, изъяснялся на английском и немецком, так что мог в полной мере оценить эрудицию собеседника.

После этой удивительной беседы Андрюша был вполне уверен в своей готовности для обращения к батюшке со своей неординарной просьбой, хотя и испытывал внутренний трепет, хорошо зная его дотошность и вполне возможный взрыв гнева у родителя при недостаточно точном ее изложении.

Но Андрюша точно знал и другое – теперь он ни при каких обстоятельствах не отступится от своей мечты. Такая возможность испытать себя в деле может возникнуть только один раз в жизни…

* * *

Однако страхи Андрюши оказались напрасными. Петр Иванович благосклонно выслушал исповедь сына, внутренне радуясь его устремлениям, но, естественно, не подавая при этом вида. Он сидел в долгом раздумье, прекрасно понимая всю сложность предстоящих хлопот.

Хотя Андрюша и был офицером, пусть и гвардии, но никакого отношения к флоту не имел. Да, он хорошо образован, но одного этого мало. Нужны еще какие-то возможности, какие-то еще пути решения этого непростого вопроса.

Но, видя устремленные на него глаза сына, полные мольбы и веры в его могущество, Петр Иванович не смог вот так сразу отказать ему. Да, честно говоря, и не очень-то и хотел – он прекрасно понимал, что представлялся действительно уникальный случай получить его сыну и наследнику столь драгоценный опыт преодоления трудностей, которые, как он знал по собственному опыту, будут неизбежно встречаться на его жизненном пути.

– Ладно, Андрюша, попробую прощупать почву в кругах, от которых может зависеть решение твоей проблемы. Чем черт не шутит, может быть, и найдется какой-нибудь выход.

Андрюша повис на шее своего горячо любимого батюшки, благодарный не только за данное им обещание, но и за то, что тот воспринял его мечты и устремления.

Когда же об их беседе узнала матушка, то только всплеснула руками:

– Бог с тобой, куда же ты собираешься-то, Андрюшенька, ведь сгинешь где-нибудь на самом краю света!

Но, взглянув на нахмурившегося Петра Ивановича, сразу же утихла и только краем платка утерла набежавшую слезу.

Все домашние хорошо знали об особом отношении отца к сыну, своему первенцу и наследнику, в которого он вложил столько отцовской любви, и дав ему прекрасное по тем временам образование.