Хочу, чтобы меня слышали! Книга 2. Золото Разрушителей

Не допускала близко к сердцу, но привязала к себе накрепко и держала при этом на коротком поводке. Он и сам не заметил, как превратился в подкаблучника.

Осознавал это и даже подсмеивался над собой, когда они оставались вдвоем, но измениться уже не мог.

Простая девка Степка в одиночку отомстила сполна за все пролитые слезы обманутых им девиц.

А сейчас он уже не мог выполнить задание, поскольку запланированный им взрыв на пароходе мог повредить его любимой жене и тестю, заменившему родного отца. Своего-то он не помнил – так уж сложилась жизнь!

Как же можно взрывать, если любимые им люди погибнут наверняка?

Но если задание он провалит – от председателя Томской Губчека Александра Шишкова пощады ждать не придется.

Раздавит как комара и даже не заметит.

Выход один – нужно попытаться захватить пароход и угнать его в Томск, но сделать это в одиночку не получится. Для этого надо склонить на свою сторону тестя, но вначале – Стешу, ведь Григорий Степанович без ее согласия даже разговаривать не станет.

А значит, надо признаваться, что он никакой не офицер и не Карасев, а Вронский, а значит… венчание он устроил ложное.

Солгал перед Богом, а уж этого набожный лоцман ему не простит – убьет на месте.

И Стешу он наверняка потеряет навсегда – она ни за что не простит ему холодной циничной лжи.

А если уж исполнять приказ, то делать это нужно сегодняшней ночью, пока пароход будет стоять, а экипажи – отдыхать.

Надо подумать…

Так, полковником Жвакиным ему было приказано выдать желающим по рюмке водки – это раз.

На этот случай у него припасен сильнейший быстродействующий яд – это два. Можно отравить пьющих, а остальных попытаться уничтожить. Кого спящими, кого отдыхающими от трудов праведных, а значит потерявшими бдительность – это три.

Потом уже, пока суд да дело, сняться с якоря и плыть в Томск, в крайнем случае придется вести судно самому – не зря ведь Рыбинское судоходное училище заканчивал.

«А ведь можно и не в Томск пойти – трюм корабля полнехонек золота и всяких драгоценных безделиц», – прокралась в сердце предательская мысль.

Причалить в подходящем месте, сбросить и прикопать пару-тройку ящиков, и гори оно все синим огнем – и светлое будущее, и солидарность трудящихся всех стран, и Шишкин со своим Губчека!

Одна только заноза в сердце – Стеша моя ненаглядная!

Полный раздумий, Вронский-Карасев зашел в рубку и передал лоцману приказ о необходимости подыскать ближе к вечеру, но не очень поздно, удобное место для причала.