Хочу, чтобы меня слышали! Книга 2. Золото Разрушителей

Григорий Степанович с удивлением воспринял эту новость. «Не пойму я ваших командиров, – пробурчал он сквозь свои густые усы. – То гони на всех парах, то становись на ночь».

– Добро, через шесть часов будем на месте – есть неподалеку берега с нужными глубинами, – сообщил он с неудовольствием в голосе.

Отдав необходимые распоряжения вахтенному, лоцман подался искать Степку, чтобы сообщить ей новость – пусть соберется к этому времени да по берегу прогуляется, надоела, поди, река-то…

Вронский, передав на «Пермяк» координаты и приблизительное время остановки, начал отдавать необходимые распоряжения команде: обсудил с коком меню праздничного ужина, назначил вахты, включив в ночную вахту самых маломощных матросиков, и пошел проверять замки и пломбы на трюме.

А в голове пульсировала боль, словно дятел долбил: Стеша, Стеша, Стеша!

Так и ничего не решив по ее поводу, он машинально оглядывал запоры, но тут ему явственно послышался шум и приглушенный говор, исходящий из закрытого трюма.

Присмотревшись внимательней, Вронский обнаружил, что запор на люке перепилен, но части его были так мастерски соединены, что разрыв совершенно невозможно было заметить, если тщательно не осматривать.

Достав револьвер, Вронский затаился неподалеку за поленницей дров и стал ждать.

Примерно через полчаса из люка показалась голова помощника капитана Зубарева, а после того как тот вылез, – старшего помощника механика Норицына.

Оба крадучись, бесшумно передвигались по палубе в сторону поленницы, за которой притаился Вронский.

Когда они приблизились, чекист негромко, но явственно скомандовал:

– Стоять, канальи, руки вверх и медленно с мешками ко мне.

На коленях умоляли воры о пощаде, после чего Вронский, якобы пожалев преступников, сменил гнев на милость. Он послал ворюг быстро возвратить награбленное на место, после чего приказал возвращаться для получения дальнейших приказаний.

Сообщники были найдены! И какие! Готовые ради спасения собственной шкуры выполнять любые приказания.

Алчные. Мастера каждый в своем деле. Один – в судовождении, другой – по моторной части.

Препятствий к угону судна больше не существовало. Но в голове опять застучало – Стеша, Стеша, Стеша…

«Делай что должен, и свершится то, чему суждено[11 - Фраза принадлежит Марку Аврелию, древнеримскому императору (прим. авт.).]» – вспомнилась вдруг фраза, неизвестно где и от кого услышанная Вронским.