Последний поход «Новика»

 – Петр Михайлович, примите мою сердечную благодарность за найденное для нашей беседы время.

– Это я должен быть благодарен вам за то, что нашли время зайти ко мне перед уходом в кругосветное плавание да еще пристроить моего сына на «Витязь», обеспечивая ему тем самым беспрепятственную возможность прохождения флотской службы. Вам самому в силу ряда обстоятельств, связанных с вашим происхождением, пришлось в полной мере хлебнуть горьких разочарований. Как известно, первый флотский чин мичмана мог присваиваться только дворянину, в то время как ваш отец при вашем рождении имел чин флотского прапорщика, выслужившись из солдат, который давал ему лишь личное дворянство.

– Это так, Петр Михайлович, – вздохнул Макаров, – однако нашлись люди, в том числе, например, контр-адмирал Казакевич, бывший в то время военным губернатором Уссурийского края и командующим Охотской флотилией, которые помогли мне выбраться из этого, казалось бы, безвыходного положения.

Контр-адмирал усмехнулся:

– Благодарите лучше, Степан Осипович, свои незаурядные способности.

И тем не менее вам все же пришлось после окончания мореходного училища в Николаевске, что на Амуре, четыре томительных года ждать производства в мичманы.

– Мои мытарства – это неизбежные издержки нашего государственного устройства. И не более того.

– Полностью согласен с вами, и очень рад, что теперь все это осталось уже позади. А посему от всей души желаю вам успехов как в предстоящем кругосветном плавании, так и в дальнейшей флотской службе.

Семь футов вам под килем, Степан Осипович!

– Огромное спасибо за столь дорогое для моряка пожелание, Петр Михайлович! – проникновенно ответил Макаров, крепко пожав ему руку.

Глава I

Кругосветное плавание

Петр Михайлович вернулся со службы домой. Как всегда, его встретила жена Александра Васильевна. Приняв у него фуражку, она взволнованно сообщила, что во второй половине дня неожиданно пришел домой сын Андрей.

– Ведь сегодня не воскресенье, когда воспитанников Морского корпуса отпускают в увольнение, – пояснила она, тревожно глядя на супруга.

– Ну и что же стряслось? – спросил Петр Михайлович, которому передалось ее волнение.

– Да понимаешь, Петруша, он ничего толком не сказал, видимо, дожидаясь твоего возвращения. А затем ушел в свою комнату, куда тут же шмыгнул и Степа.

– Разберемся, Саша, – поспешил он успокоить супругу.

Из своей комнаты вышел с нетерпением ожидавший прихода отца Андрей.