Кукольное преступление

Возвращаться сразу домой было непозволительно, Алиска могла заподозрить неладное, поэтому Люська решила завернуть в супермаркет, чтобы купить своего любимого шоколада, который ела постоянно и в больших количествах, но в отличие от других, никогда не поправлялась.

Глава третья

Сделка?

Слежка – самое неблаговидное занятие, которое можно себе представить. Только в кино слежка кажется увлекательным процессом, полным рисков, волнующих приключений и драйва. В реальной жизни, слежка в первую очередь ассоциируется с томительным ожиданием и неоправданными надеждами.

Вадим Кириллович вёл довольно скучную жизнь, и столь же скучно нам было вести за ним наблюдение. На своём старом жигулёнке Акопов ездил в продуктовые магазины, заезжал в химчистку, пару раз был в аптеке, а вчера более трёх часов провёл в районной поликлинике.

Сегодня шестой день, как мы начали наблюдать за Акоповым. Оставив скутер возле забора детского сада, я сел на скособочившуюся скамью под тенью тополя, а Димон залез на нижнюю ветку, изредка поглядывая в сторону второго подъезда.

– Глебыч, тебе не кажется, что наша затея терпит крах?

– Были мысли, – признался я.

– Может, Алиска права, и он пристроил куклу в первый же день?

Я об этом задумывался, и временами был готов с этим согласиться, но интуиция (она у меня довольно развита) нашептывала, что всё не так просто.

Речь идёт об очень дорогой кукле, а не о какой-нибудь безделушке. И если Акопов решился на столь рисковый и отчаянный шаг как кража, осознавая, какие в случае разоблачения ему грозят последствия, то действовать он должен более чем разумно.

Разумно и осторожно. Не сомневаюсь, Вадим Кириллович продумал всё до мелочей, каждый свой поступок он проанализировал и осмыслил, подковал, что называется, себя искусно.

Это мелкий вор, забравшись в чужую квартиру и своровав хозяйские побрякушки, сразу же попытается их сбыть, а здесь речь об антикварной вещице – куклы работы немецкого мастера середины девятнадцатого века.

Нет, не поверю, что Акопов успел продать Магду, не тот это уровень. Всё очень тонко рассчитано.

Поделившись своими мыслями с Димоном, я услышал:

– Как знать, Глебыч, возможно, ты его переоцениваешь.

Спорить я не стал, не было желания, к тому же металлическая дверь второго подъезда открылась, на крыльце появился объект нашего наблюдения.

– Глебыч…

– Вижу, – сказал я, двинувшись к скутеру.