Нигде

И некоторые детали, казавшиеся до сегодняшнего момента тупиковыми, внезапно выстроились в логическую цепочку. Он думал, и ему думалось, без напряга, свободно, словно удалось познать истину, а значит, удалось по-настоящему познать самого себя. Ведь истина это духовная сила, а человек – источник истины.

Неожиданно его окликнул маленький полный мужчина, торопливо вышагивающий к воротам, комично размахивая пухлыми руками. Он был одет во всё белое: костюм, туфли, сорочку, даже галстук имел цвет слоновой кости.

Одежда создавала заметный контраст смуглому лицу и темной редеющей шевелюре.

Забавный человечек узнал писателя Славского, о чём незамедлительно заявил ему с присущей всем эмоциональным натурам долей импульсивности. И сразу последовал резонный вопрос, что Герман делает в этих краях, не заблудился ли? Именно заблудился!

Мужчина был обрадован его ответом, он представился Виталием Борисовичем, протянул Герману руку для рукопожатия, выдержал паузу, улыбнулся, плотно сжал губы, так, что на щеках появились озорные ямочки, и с чувством добавил:

– Управляющий усадьбой! Мне крупно повезло, что вы заплутали и остановились у ворот.

Поверьте, я один из миллионной армии ваших преданных поклонников. Жду книг Германа Славского как манны небесной. Не верите?

– Охотно верю, – кивнул Герман.

– И представить не мог, что когда-нибудь увижу вас, – Виталий Борисович дотронулся указательным и средним пальцами до гладкой пухлой щеки, лукаво улыбнулся, предложив Герману пройти на территорию усадьбы.

 – Не могу же я просто так взять и отпустить вас, Герман Валентинович. От экскурсии не откажетесь?

Он не мог отказаться, внутри что-то лопнуло, тело обдало жаром, закололо под лопаткой, затем ноющая боль, подобно слабому электрическому заряду, устремилась к кончикам пальцев и на некоторое время пальцы онемели. Виски сдавило, задергались веки, слабость и липкая тревога, зародившаяся в районе солнечного сплетения, спровоцировали кратковременное головокружение.

До судорог захотелось сесть за ноутбук и начать писать! Он был готов в любой момент убежать от действительности, уединиться, погрузившись в бурляще-кипящую пучину собственных мыслей.

Неужели вдохновение? Оно ли это?

Последний месяц был явно не его, он не написал ни строчки, даже железный принцип «надо» оказался бездейственным.