Те, Кто Живут Давно. Рэдмаунт и Охотник

К слову, Тревор тогда прислал сообщение, чтобы я остерегался одиночки, человека без руки, но я подумал, что он бредит. Ведь вы регенерируете, быстро выздоравливаете. Верно?

– Да, и Охотник восстанавливается быстрее нас всех вместе взятых. Но без кисти он, видимо, навсегда. Андретти смастерил ему первый крюк ещё в конце шестнадцатого века, или около того.

– Вы зовёте его Охотником? У него не было имени?

– Почему же. Было. Как все мы, он когда-то умер впервые. Не знаю, как это повелось. Только Елена потом звала его по имени, – пожал плечами Де Ла Рю, барабаня пальцами по столу.

– Почему? Так странно.

– Эй! Тебе только это кажется странным, маленький коп?! – изумлённо вскинул густые брови Реми. – Слушай! Катись-ка ты куда подальше!

– Боишься его, но восхищаешься им? – проницательно прищурился Рэдмаунт, его удивила эта неожиданная мысль. Собеседник не стал спорить.

– Каждого из нас иногда зло берёт от того, что жизнь пресна и бесцветна, если Елены нет рядом. Но, в итоге, только он не согласился с правилами и продолжает спорить с ней.

Больше ни у кого яиц не хватило…

– Ревнуешь её? – устало спросил Тед, растирая затёкший затылок и направляясь к двери.

Де Ла Рю по-кошачьи грациозно потянулся в кресле и глубоко вздохнул:

– Знаешь, порой мне хочется, чтобы Охотника никогда не было среди нас. А иногда, кажется, что понимаю его, и хочу, чтобы он снова её зарезал. («Снова!» – машинально отметил про себя Тед). В конце концов, мы все, так или иначе, проходим через это.

– Через что? – не понял Тед.

Реми обольстительно улыбнулся в ответ, роскошные ресницы бросили лёгкие тени на свежие щёки, он снова стал похож на прекрасного и опасного зеленоглазого эльфа:

– Желание причинить боль тому, кого любишь.

Глава 5.

Начало семнадцатого века, Бранденбургско-Прусское государство…

Макс Штауф, отдуваясь, неуклюже, как мешок картошки, скатился с пыльной лошади, и, пытаясь выглядеть значительным, крикнул:

– Эй, Андрес! Новый хозяин приехал, я показываю ему окрестности! Позови свою сестру стерву! Пусть принесёт нам закусить! Долги за вами!

Егерь плёл силок, он чуть повернулся к управляющему и посмотрел поверх его головы на всадника у дороги.

Первым делом Марк заприметил оружие. Перевязь и ножны направо, под левую руку, необычно, и мушкет тоже слева приторочен. Что ж, очередной барон, сделавший имя и состояние в одной из мелких княжеских войн. Эти рыцари не переводятся.