Притворщики

Телефон держал в руках, поминутно поглядывая на экран. Димон не звонил. Я набирал ему трижды, и каждый раз абонент был временно недоступен.

Наконец, в начале шестого раздался звонок.

– Глебыч, ты где?

– Возле фонтана. А ты?

– Подваливай к кафе, – Димон сказал название и умолк.

– Димон, кончай шифроваться. Колись, для чего столько конспирации?

– Подходи к кафе, – из трубки послышались гудки.

Закипая, я спустился по ступеням и быстрым шагом направился к кафешке. Остановившись в метре от входа, начал озираться по сторонам.

– Ты Глеб? – сзади возник высокий худой мужик.

– Глеб.

– Тогда держи ключики.

– А где Димон?

– Он не смог подойти, – мужик протянул мне ключи и собрался уходить, но я схватил его за локоть.

– Подождите.

– Руки убрал!

– Я хочу увидеть Димона.

– Сказано же тебе, не может Димон подойти.

– Почему?

– Вопрос не ко мне.

– Стойте.

– Свободен.

Я побежал за мужиком, но он, резко остановившись, прочеканил:

– Лучше вали домой, целее будешь.

Кровь прилила к лицу, в ушах стоял отчётливый стук сердца, я достал телефон, позвонил Димону. Чёрт! Опять недоступен.

Через двадцать минут позвонила Алиса.

– Глеб, я его потеряла. Он спустился в метро, доехал до «Автозаводской», а потом затерялся в толпе.

– Ты сейчас где?

– В метро.

– Жди меня у первого вагона.

Дома мы первым делом вывели на улицу Марса и зарулили в сквер.

– Почему ты отметаешь полицию, Глеб?

– Что мы им скажем?

– Правду.

– Какую? Согласен, они во что-то капитально вляпались, но у нас нет доказательств.

– Предлагаешь бездействовать?

– Мне кажется, в ближайшее время что-нибудь произойдёт. Должно произойти.

– Хорошее или плохое?

– Димон или Люська с нами свяжутся. Вот увидишь.

– А вдруг нет?

– Ни одной ниточки, – воскликнул я, натянув поводок. – Даже зацепиться не за что.

– Есть Люсин телефон.

– И что?

– Ты проверял все входящие и исходящие звонки?

– Нет, посмотрел только, кто звонил ей ночью.

– Когда придём, надо проверить все звонки и эсэмэски.

Я кивнул.

– Это мысль.

Как назло в последнее время Люська звонила только самым близким друзьям. Ни неизвестных или подозрительных входящих (как впрочем, и исходящих звонков) замечено не было. Эсэмэски она вообще не отправляла. А получала только от Димона, но ничего интересного в них не оказалось – обычная писанина.