Севастополь в огне. Корабль и крест

Ньюкомб посмотрел в их сторону, Слейтер кивнул головой, и Ньюкомб пронзительно крикнул:

– Внимание! Огонь!

Он повернул замыкатель, и ракеты одна за одной сорвались с полозьев. Первая из них, прочертив над морем красную полосу, ударила точно в центр щита и разнесла его в щепки. Две остальные разметали камни и повалили деревья, к которым он был прикреплен. Остатки всего этого теперь горели. В утреннее небо поднимался черный дым, а гул от разрывов ракет еще долго перекатывался в горах над морем.

Солнце показалось над горизонтом.

Его лучи высветили на морской глади опаловые, голубые, темно-синие и перламутровые полосы.

Ньюкомб взошел на капитанский мостик, вытер пороховую гарь с лица.

– Впечатляет, мистер Ньюкомб, очень даже! – сказал ему Слейтер. – Вы добились серьезных результатов!

– Серьезных! Да это прорыв! Теперь надо убедить тупиц из военного ведомства в том, что речь идет о настоящей революции! Конгрив сжег Бордо и Копенгаген ещё почти полвека назад. Но с тех пор мы не продвинулись ни на шаг! Теперь же я предлагаю нечто совершенно другое.

Если угодно, это революция в военном деле! Видите ли, я говорил вам, что использую для стабилизации полета истекающие газы, заставляю их проходить через ряд спиральных канальцев, расположенных у основания стального корпуса ракеты. Это заставляет ее вращаться, придает ей устойчивость наподобие винтовочной пули. Теперь я могу…

– Дорогой Ньюкомб, избавьте меня от этих подробностей! Каждый должен заниматься своим делом! – Я финансист.

Вы просите у меня денег, а между тем риск тут огромный.

– Никакого! Тем более что я и сам скоро буду богаче любого раджи!

– Мистер Ньюкомб, мне кажется, что вы излишне надеетесь на старинные манускрипты. Я, конечно, могу вам ссудить кое-что, но на особых условиях.

– Черт с вами! Меня не интересуют условия, Слейтер. Проценты сейчас не имеют для меня никакого значения.

Казачья станица, кубанское предгорье Кавказа.

Биля задавал корм лошадям, когда до его уха донесся легкий храп.

Кто-то безмятежно спал на сеновале. Есаул поднялся по небольшой лестнице и увидел, что на бурке широко разметался Кравченко. Вокруг него был разложен целый арсенал – винтовка, кинжал, шашка и два пистолета.

Биля потянулся вперед и слегка потряс Кравченко за ногу.

– Коля!

Тот проснулся и мгновенно поднялся на бурке.

– Пойдем чай пить, упрямый черт!

– Это мы можем, – спокойно ответил тот.

Али, Кравченко и Биля степенно пили чай.