7,5 снов Мечтателя

Опора Тауэрского моста со стороны Тули-стрит, ранен охранник, бригаду скорой сюда срочно. – Он спрятал рацию, привязал узду коня к перилам моста. – Показывайте!

Полицейский открыл кобуру, достал пистолет. Они осторожно проследовали до пункта охраны. Увидев полумертвого охранника, бывший наездник поторопил бригаду скорой, получив ответ, что они уже близко. Буквально через минуту появились покрасневшие от бега врачи в зеленых костюмах.

– А кто его обнаружил? – спросили, унося Роберта на носилках, врачи.

Охранник осмотрелся: и не увидел никого, кроме себя и врачей, высоких стен и лужи крови среди бумаг.

– Видимо, я. – Он опустился на стул, запрокинув белесую голову назад. – Кто же ты был?.. Я и лица толком-то не запомнил, – прошептал наездник. – Поезжайте. Скоро будем оцеплять место. – Он запер дверь на защелку, оставшись один на один с мыслью, что упустил возможного убийцу.

Ведомый паникой и беспамятством, Винсент, после того как привел полицейского к Роберту, бесшумно покинул холл, пройдя по опустившейся разводной части моста.

Люди на улицах веселились, улыбались, радовались относительно теплому вечеру, но молодой человек не замечал ничего вокруг. Он шел против потока бурной радостной толпы, занятый мыслью, похожей на мысль наездника: он отпустил несостоявшегося убийцу своего единственного друга-знакомого. Винсент подошел к порогу дома, но ему не захотелось туда входить. Чувство вины тяготило, побуждало к мести.

Мисс Бишоп, стоящая у окна кухни, увидела молодого человека и поспешила открыть дверь.

– Где же ты ходишь, мой дорогой? Я ведь волнуюсь за тебя! Хотела уже звонить доктору Хамонсу, чтобы отследить твой медальон. – Старушка помогла ему снять пальто, отвела в ванную комнату. – Все в порядке, дорогой?

Он молча кивнул.

– Умывайся быстрей и иди спать, скоро одиннадцать.

Спустя пять минут Винсент уже лежал в кровати. Руки его были плотно прижаты к телу смирительной рубашкой. Мисс Бишоп закрыла дверь на все засовы и погасила свет. В полнейшей тишине молодой человек разглядывал лучи света, которые падали на доску с именами, отражаясь от стекол соседних домов.

Казалось, последнюю минуту своего сегодняшнего дня часы отбивали бесконечно долго. Винсент думал об уходящем дне, исключительном дне, и в то же время готовился к нудному путешествию Симала Редиби, ставшему для него обыденностью. Огромные механические часы в гостиной пробили двенадцатый час, зеленые глаза молодого человека скрылись под тяжелыми веками.