Мятежные дети ночи. История о светлом, тёмном и подмене понятий

В последние мгновения жизни рассудок совсем помутился, и Хельга, как в сонном оцепенении, выставила свободную руку наперерез. Ладонь легла на вампирские губы. Время замерло, а запах хвои хлестнул по нервам. Инстинкт потребовал остановить хищника-убийцу и отвлечь любой ценой. Неожиданно амулет плеснул такой яростной волной тепла, что им, как взрывной волной, окатило обоих.

Тишину разорвал изумл?нный мужской смешок. Незнакомец увернулся от ладони и заломил ей руку за спину.

– Стоять! Кто ты?

«Его остановил мой жест? Или он ощутил магию амулета? Ай, какая разница, если я до сих пор жива?!» – пронеслось в голове под прожигающим взглядом серо-синих глаз.

– Родовая магия привела меня сюда за амулетом, – искренний ответ сорвался с губ, что поразило е? саму.

– Каким амулетом?

– Который на тебе, – прошипела Хельга, пытаясь обернуться к собеседнику и высвободить руку из железной хватки.

Нечеловеческие глаза сверкнули иронией.

– На мне нет никаких амулетов.

– Но мой указывает на тебя!

Хельга с тоской проследила за своим кинжалом, который отлетел к дальней стене от вампирского пинка. Она ничего не сумела бы и с ним против такого противника. Да и драться тоже бесполезно. Но быть безоружной и такой откровенно беспомощной – не лучше, чем голой!

Кулон на е? груди указывал прямиком на вампира. Тот отпустил её, скептически изогнул бровь и прош?лся из стороны в сторону. Амулет смещался вслед за ним, реагируя на каждое движение, пока раздраж?нная девушка не перехватила тес?мку.

«Это что ещё за сюрприз?!»

– В пророчестве было сказано, что этот амулет меня защитит и даст мне нормальную жизнь. Сохранит мой дар и меня…

Неверие и шок притупили страх перед вампиром и близкой смертью. Что-то внутри оборвалось. Разом накатили слабость и тошнота.

«Нечисти артефакты ни к чему, этот темноволосый мужчина действительно мог их не иметь», – поняла девушка.

Носферату преувеличенно любезно продемонстрировал пустые запястья и обыкновенный серый ворот рубахи прежде, чем приблизиться снова и изогнуть уголок губ в подначивающей ухмылке.

– Это какой, интересно, дар у шавки Строгого Бога?

Он покрутил у глаз кулоном, который ластился к нему, сияя гранями аметиста и окутывая теплом холодные пальцы. Почти живым теплом. Такая магия разве бывает?

Хельга с ненавистью прожгла его взглядом.