Затерянный мир

Скажи теперь, что лучше, старые одеть, сухие или новые, но мокрые?

– Не знаю,– блаженно улыбаясь, ответствовал одиннадцатилетний кудрявый придурок.

– А ты подумай!

– Не знаю,– опять казал Костя.

– Эх, непутевый, надо соседские трусы забрать, незаметно, чистые и сухие, понял?

– Понял, – кивнул Семенко.– тогда я твои, Байзель, заберу! – и все также, блаженно улыбаясь, зашвырнул байзелевы семейники в лужу под скамейкой.

– Ах, ты ж…– Байзель задохнулся от бешенства, подхватил трусы и встряхнув ими в воздухе, доверительно сообщил воспитаннику: – Убью я тебя, Сема когда-нибудь, ей-ей убью…

Костя засмеялся и побежал на выход:

– Не догонишь, не догонишь!

Полуголый Байзель рванулся за ним и силой заставил сесть на место. Костя сразу заныл неприятным писклявым голоском:

– Ихы-хыы! Ну, Байзель, ну не надо меня убивать!

Наставник и по совместительству опекун, скрипнул зубами:

– Раздевайся!

Костя явно струхнул и, укутавшись в байковую клетчатую рубаху, испуганно глядел на Байзеля.

– Раздевайся грязная скотина, в баню же пришли…

–Зачем? – Костя явно стал проявлять признаки беспокойства.

Байзель попытался сорвать с него одежды, но только вырвал с мясом пуговицу.

– Я тебе дам зачем, мыться! – и снова набросился на Костю.

– Не хочу, не хочу, не хочууу! – орал Семенко, кутаясь в лохмотья.

Наконец после получаса напряженной борьбы, Байзелю удалось наполовину обнажить тщедушное тело воспитанника. Он устал, и пот градом тек по его мужественному лицу.

– Штаны снимай! – приказал Байзель.

– Ихы-хыы… – отвечал Костя.

– Убью, сволочь,– прошипел наставник и Семенко снова завыл.

Байзель повторно набросился на Костю и еще минут через пятнадцать тот уже жался в углу, прикрывая срам руками.

– Ихи-хы, зачем ты меня оголил? Зачем? Ненавижу тебя! Ненавижу!

– Да не срами ты меня перед людьми,– взмолился опекун, – стыд-то какой! Смотри, смеются все над тобой!

И действительно в этот самый момент из парилки стали выскакивать голые мужики и со смехом стали разливать пиво и потрошить нехитрую таранку.