Братья и сестры по оружию. Связные из будущего (сборник)

Впереди булыжную мостовую перегораживала невысокая баррикада из ящиков, досок и останков громадной ржавой кровати.

Катрин захотелось заорать, чтобы не вздумали останавливаться. Баррикад она по личному опыту терпеть не могла. Но лейтенант уже тормозил. С ходу прорываться через свалку рухляди на мостовой и рисковать покрышками он не хотел, задний ход давать не было оснований. Проще раскидать доски. За минуту можно управиться. Ефремов высунулся, стоя на подножке, вытянул шею.

– Утром проезжали, здесь ничего…

Катрин едва успела ухватить винтовку.

Выстрелы ударили сверху, казалось, со всех сторон. Девушку спасло только то, что она, не раздумывая, перевалилась за борт. Ахнула, упав на горбатые камни. Вокруг звенели стекла, взвизгивали, рикошетя от мостовой, пули. Ефремов отпустил дверцу кабины, неуверенно сделал шаг, другой… Выронил винтовку и взялся за живот. Еще одна пуля попала ему в голову, сбив фуражку с синим верхом. Боец рухнул на камни. С другой стороны из кабины вывалился лейтенант. Закрывая двумя руками голову, слепо пополз в сторону.

– Куда, твою мать?! – закричала Катрин. – Сюда ползи.

Любимов послушно повернул на голос. Из-под его пальцев текла кровь.

– Замри, – скомандовала девушка.

Они скорчились за задним колесом грузовика. Полуторка вздрагивала от попадающих в нее пуль. Катрин различила длинные очереди пулемета и хлопки двух-трех винтовок, помогающих дьявольской машинке. Стреляли все-таки не со всех сторон, – только с верхнего этажа и с чердака трехэтажного дома.

Внизу висела красивая, старорежимного вида вывеска аптеки.

– Мне череп прострелили, – прохрипел лейтенант.

– Лапы убери, посмотрю.

Любимов разжал вздрагивающие руки.

Катрин с облегчением увидела глубокую царапину на правой стороне лба. Кровь в основном текла из полуотодранного уха.

– Мозги на месте, – девушка выдернула из кармана остаток немецкого бинта, – глаз протри. Слипнется. И винтовку бери, пока из нас действительно мозги не вышибли.

Сволочной пулемет умолк. Должно быть, с перезарядкой возились. Хлопнул винтовочный выстрел. Пуля взвизгнула в полутора метрах от ноги лейтенанта.

– Двигаться нужно, сидим, как мишени на стрельбище, – Любимов прижимал ко лбу скомканный бинт и приходил в себя.

– Точно. Придется тебе меня прикрыть, – Катрин торопливо возилась, перевешивая ножны со штыком на пояс и проверяя «наган». – Только в меня не попади сослепу.