Водоворот судьбы. Платон и Дарья

Ники часто возвращался в мыслях то в прошлое, то в будущее, но больше всего он думал о своей стране, которой отдал много сил и здоровья. В эту ночь Романов с безошибочным чутьем понял, что уже ничего не поможет и что уже близок конец всему привычному. Это не могло избавить Ники от постоянной тревоги. В его голове скакали путанные и неясные мысли. Романов не скоро забылся в легкой полудремоте, он запутался в своих взаимоотношениях с окружающим миром.

Матвей Васильев тоже не смог ни на минуту сомкнуть глаз, раздумывая и переживая за государя и его семью.

Молодой человек не мог остаться безучастным к жизни и судьбе царской семьи. Он твердо решил пробыть с Романовыми до самого конца. Ему хотелось бы пожелать им счастья как самому себе, но перед ним полностью открылся занавес, трагедия царской семьи началась.

“Можно ли было тогда сделать хоть что-нибудь? Или в этой страшной истории все было предрешено?” – подумал Матвей Васильев.

***

Зима уже заканчивалась, но было еще по-зимнему холодно.

Матвей явственно ощутил ее холод на своем теле. Он жалил его острыми иголками, щипал за уши и щеки.

В эти зимние дни председатель Государственной Думы Михаил Владимирович Родзянко отправил государю несколько телеграмм, но Романов проигнорировал все его послания. Тогда Родзянко позвонил брату царя Михаилу Александровичу и сказал ему, что раз русский народ требует отставки Николая II, то он должен взять высшую власть в стране в свои руки. Удивленный великий князь вежливо отказался и сказал, что вначале должен получить на это согласие Николая Александровича.

После беседы с Родзянко великий князь позвонил начальнику Генерального штаба Алексееву и попросил передать Ники, чтобы он немедленно отправил правительство в отставку и чтобы не торопился в Петроград.

Генерал-адъютант Алексеев явился к Романову и передал просьбу брата.

– Я со всей серьезностью обдумываю вопрос об отставке правительства, – строго ответил Ники, когда тот передал ему слова великого князя. – Но о том, чтобы отложить мое возвращение в Петроград не может быть и речи! Сложившиеся обстоятельства требуют моего скорейшего возвращения в столицу.

Генерал ушел от императора ни с чем, но, получив удручающую телеграмму от военного министра Беляева о катастрофической ситуации в столице, снова явился к Романову.

Государь окинул его холодным, чужим взглядом.

– Какие у вас есть предложения, чтобы исправить ситуацию в лучшую сторону? – хмуро спросил его Ники.