Посмертно. Нож в рукаве

Это что, розыгрыш? Какой идиот…

Мелькнуло бледное от ужаса лицо Игоря, голубые перепуганные глаза сестры, люди за столиками, округлившие рты, дружно собравшиеся воскликнуть «О!».

Девушка в черном платке верещала, оглушая и не давая ничего понять своим визгом. Руки ее неприлично взметнули полы жакета. На животе выпирало что-то смутное, туго облепленное скотчем, уродующее стройную талию.

Так нельзя. Что она себе вообразила?! Двинуть бы ее чем-нибудь тяжелым по башке, чтобы заткнулась. Даша машинально нашла взглядом тяжелый вазон, красующийся на подставке рядом с дверью.

– Не шевелись, Даш…

Черноголовая учуяла, обернулась. На человека вовсе и не похожа. Миловидное лицо стало пустым пятном. И глаза, – белые, белые, белые!

– Аллах Акбар!

«Я в степь хочу. Чтобы только птицы и море рядом. И никого больше», – успела подумать Даша.

В лицо плеснуло белым пламенем.

Глава 1

Дышать было больно. Влажный густой и теплый воздух распирал легкие изнутри, переполнял грудь, словно туго надутый целлофановый пакет.

– У меня сейчас внутри все лопнет, – простонала Даша.

– Пройдет. Это избыток кислорода. Или озона. Не помню, – пробормотала Маша.

Сестры сидели на скользком голом бугорке. Вокруг простиралась сумрачная мокрая степь. В сгущающейся темноте еще можно было рассмотреть бесконечные ложбины, чередующиеся с островками колючего кустарника и горбами лысой рыжей земли.

– Маш, мы и вправду умерли? – пробормотала Даша. – Почему здесь так сыро?

– Отстань. Откуда я знаю? – прошипела сестра, поглаживая обожженные пальцы. Ожог Мари получила в первый же миг пребывания в этом мокром чистилище. Кольца раскалились на руке, и бедная Машка, задыхаясь, плача и ругаясь, скакала по берегу узкого ручья, срывая украшения и швыряя их в воду.

– Маш, ты бы пописала на пальцы. Моча от ожогов вроде помогает, – безнадежно прошептала Даша.

– Отстань, говорю. Только мочиться на себя и осталось. И так уже… Раз ты такой скаут-экстремал, скажи, куда нам идти?

– Зачем нам идти? Мы же умерли, – тупо удивилась Даша.

– Я сказала – заткнись! – повысила голос сестра. – Умерли мы или нет – сидеть здесь не станем. Страшного суда, может, еще тысячу лет ждать, так что, все время в грязи торчать? Куда идти, я спрашиваю?

– Если заблудились, нужно ждать на месте.