Рок. Лабиринт Сицилии. Книга первая

Он долго лежал в теплом бассейне с закрытыми глазами, восстанавливаясь и наслаждаясь негой…

– Привет тебе, Септемий Бибул! А я слышал, что ты сейчас в Сицилии, – услышал он рядом с собой голос, сбросивший с него усталую дремоту долгой дороги, – и что же, я прихожу смыть с себя остатки своих ночных приключений, коими занялся после весёлой попойки у Павия Варрона, захожу в бассейн и вижу Септемия, задремавшего в бассейне!

Септемий открыл глаза и изобразил улыбку, на какую только способен человек, проскакавший весь Латиум.

– Гай Луций Скалион! Рад тебя видеть таким же весёлым и беззаботным, каким знал тебя всегда, несмотря на военное время!

Перед ним стоял человек в банной простыне, с кудрявыми, светлыми волосами, небольшой полнотой, с совершенно белыми руками и очень артистичным голосом.

– Ты же знаешь, я не добиваюсь военной карьеры и признания своей доблести! Я скромный римский гражданин, любящий, как и ты, свой город, но ещё ценящий все прелести этой жизни и не находящий повода к изменениям моих ценностей во имя славы оружия Рима! – говорил Скалион, погружаясь в тот же бассейн с горячей водой, в котором находился Бибул.

 – В Риме последнее время нет недостатка в талантливых полководцах, но вот с талантливыми политиками дело обстоит иначе! Ты слышал о кознях Меттела?!

– Нет, я только прибыл в город, как ты сказал, из Сицилии! А в чём суть?

– Метелл заигрывает с плебсом, обещая увеличить раздачи хлеба, если его изберут в следующем году консулом.

Муниципии выставили его уже кандидатом, хотя сроки ещё не подошли! Он утверждает, что захватит Сицилию с её благоприятными полями для засева пшеницей и накормит этим хлебом всю городскую голодрань!

– Насколько мне известно, мы контролируем половину тех пшеничных полей, о которых говорит Метелл. Но он не знает специфики ситуации в провинции. Сицилийцы очень мстительны и сожгут свои поля, как только узнают или им скажут, что квоты на закупку зерна снижаются, – подумав, рассудил Септемий.

 – Значит, если здесь раздавать хлеб бесплатно, а там пытаться не закупать его, а забрать – это чистой воды популизм!

– Да, но чернь этого не понимает и Метелл этим пользуется, – уточнил Скалион.

– Если, даже и забирать там хлеб без выкупа, это подорвёт внутренний рынок нашего римского земледельца! Кто у него будет покупать зерно, когда есть дешёвое сицилийское? – продолжал рассуждать Септемий.