Далёкое завтра

Теперь они ехали по полутемному строящемуся помещению-туннелю, который переходил из одного в другой похожий, и мотоцикл то нырял вниз, то резко перестраивался на более высокий уровень. Что бы тут ни строилось, оно казалось громадным. Наконец, они въехали в ярко освещенную комнату из толстого стекла, пол и потолок покрывали стальные армированные панели. Гафт слез с байка и щелкнул кнопкой на панели сбоку. Тогда вся комната с высокой скоростью поехала вверх. Зои присела от неожиданности: грузовой лифт выскочил из строящихся помещений и вознесся ввысь, туда, где высокая башня оканчивалась еле заметным отсюда куполом.

Огромные металлические тросы растяжками удерживали ее от падения или колыхания. А внизу распростерлась гигантская площадь, занятая под строительство. И люди-муравьи снуют, копошатся, строят исполинский «человейник», разрастающийся вокруг башни. Зои вплотную подошла к стеклу и прижалась лбом, стараясь охватить всю территорию, и у нее закружилась голова – так высоко уже вознес их лифт. Пришлось отойти и прижаться к Моисею.

– Впечатляет? – тихо спросил Гафт.

– Еще бы, – так же тихо ответила Зои.

– Это все наше. Твое и мое.

– Но… – девушка попыталась понять все происходящее. – Столько людей… и все работают на нас?

– Нет, – мягко возразил Моисей, как бы прощая детскую неосведомленность Зои. – Они все работают на себя. За жилье, за еду, за безболезненную и вечную жизнь… Они построят этот город во что бы то ни стало, и они будут жить в нем.

– И неужели люди верят, что их ждет бессмертие?

– Да, – пожал плечами Гафт.

 – Ведь оно действительно их ждет. И те, кто трудились, кто поверили, получат его.

– Но это невозможно! – Зои вопросительно подняла глаза на мужчину в надежде, что он опровергнет свое заявление, но лицо Гафта оставалось невозмутимым.

– Возможно, милая, возможно! Об этом мало кто знает, но обладателям такой информации можно всё.

– А как же свобода? – слегка отстранилась Зои.

– А что свобода? – переспросил Моисей.

 – Они полностью свободны в своем выборе: остаться там, за забором, в погрязшем в грехах мире, или прийти сюда – и начать новую, лучшую жизнь, где не будут испытывать ни голода, ни старости, не будут ни в чем нуждаться. Единственное ограничение – численность.

– То есть на рождение детей будут квоты?

– Почти, дорогая. Почти.

На этом Зои успокоилась. Почти успокоилась, ведь все же какая-то тревожная нотка звучала в произведении, под названием «Атланта».