Параллельная вселенная Пеони Прайс

 – А Тоби Магуайр – с рекламы сока, а Сальма Хайек – с рекламы сети закусочных… – Он молчит, а я продолжаю: – Брэд Питт в свое время работал аниматором в костюме цыпленка, а Джим Керри вообще был уборщиком, как и Киану Ривз. Так что все, что происходит здесь… – я обвожу рукой зал, – никак не характеризует меня и не определяет мое будущее.

Он еле заметно усмехается. Что бы я ни говорила, он само спокойствие. Я едва сдерживаюсь, чтобы не наброситься на него. Вовремя останавливаю себя, выдыхаю, выпуская напряжение.

Давно пора признать, что невозможно победить соперника, используя остро заточенный нож, если у него в арсенале снайперская винтовка.

– Я не хочу тебя разочаровывать, но, знаешь, мир выглядит совсем иначе для тех, кто видит дальше собственного носа. Брэд Питт, Тоби Магуайр, Джим Керри – исключения из правила. А правило таково, что миллионы Брэдов, Тоби и Джимов прыгают в костюмах куриц и метут полы, оставаясь там, где они есть, до конца жизни.

Я не считаю это трагедией, потому что, как ты и сказала, не всякая работа характеризует человека. Но я все равно не стал бы так нагло себя обманывать.

– Думаешь, ты все знаешь, мистер Умный Умник? Пусть так, поскольку сейчас у меня нет весомых доводов. Но я уверена, что стану этим, как ты говоришь, исключением. Эта работа – временное неудобство на пути к моей блестящей карьере.

– Что ж, полагаю, я могу избавить тебя от этого неудобства.

 – Он опирается на ручку щетки. Кажется, через пару минут он воспользуется ею как копьем.

– О чем ты?

– Почему бы тебе не найти другую, менее неприятную работу?

У меня отвисает челюсть.

– Знаешь что, это отличная идея!

Я снимаю передник, кидаю на скрипящий стул, хватаю рюкзак и вешаю на плечо.

– Книгопечатание было отличной идеей. Открытие пенициллина было гениальной идеей. А это просто предложение – и довольно опрометчивое к тому же…

– Может, твою мать, заткнешься?

Он тяжело выдыхает и косится на банку для платы за ругательства, которую завел специально для меня – он-то в этом плане душка.

Я подлетаю к кассе и запускаю пятерню в банку. Монеты позвякивают, ударяясь друг о друга, падают на пол, когда я вытаскиваю руку. Запихиваю то, что удалось удержать, в карман толстовки.

– Ты меня не выгнал, ясно? – заявляю я, оборачиваясь.