Запомни, я твой куратор!

– Звёз…дочка… – послышался неуверенный голос Хьюго. – Ты рядом или… вновь кажешься?

– Рядом, малыш, рядом!

«Вот зря я это сказала! Хьюго давно не малыш и не мальчик, а вымахавший под два метра мужчина!» – жаль, что осознала, что ляпнула, когда уже была перевёрнута и придавлена сверху массивным телом.

– Уже не малыш! – прорычал Брайт мне в шею, вновь вдыхая мой запах.

Неуверенно положив руки на напряжённую спину, я стала медленно водить ладони вверх-вниз, пытаясь хоть так успокоить "любимого" адепта.

– Знаю, что уже не малыш. Просто привыкла всех вас так называть. Вы для меня все дети.

Рука в моих волосах сжалась сильнее, причиняя боль. Но какую-то странную… приятную, что ли…

– Дети так не могут… – произнёс Брайт и, потянув волосы, заставил запрокинуть голову, чтобы в следующее мгновение поцеловать. Глубоко, напористо, по-взрослому. Так, что я даже на мгновение забыла, что передо мной ученик.

Очередная сильная волна накатила, скрыв под собой с головой, а когда она схлынула, Брайт уже лежал на моей груди, так и не выпустив волосы из стального захвата.

Вылезти самостоятельно из-под его тяжёлого тела не получалось, как и высвободить несчастные волосы от его хватки. Хорошо, что где-то сверху кричали наши имена – на выручку бежала подмога, отправленная четой Брайтов.

Крепкие парни, которых я заказала у Антуана, сняли с меня Хьюго, особо не заостряя внимания, в какой позе нас застали и в каком полу раздетом виде я оказалась под юным лордом.

Блузку на груди и животе разъело подчистую, вместе с бюстиком, оставив от него только повисшие бретельки на плечах. Рукава и ворот единственное, что осталось от блузы. И слава богам, ошмётки ткани всё ещё скрывали руки и мой позор.

Мужчины подняли нас с холодного песка. Меня тут же в плед замотал вихрастый парень, скрывая обнажённую грудь от мужских взглядов. Всё тот же «чёрный китель» помог отцепить руку Хьюго от моих волос, а после, накинув на лорда плед, они повели нас в дом.

Вихрастый юноша шёл рядом, придерживая за локоть, боясь, наверное, что навернусь при подъёме на крутой утёс*. Он так и не представился, поэтому так и остался для меня «чёрным кителем».

Поднявшись на вершину, я бросила взгляд на бухту** и случайно зацепилась взглядом за противоположный берег. Там на таком же утёсе стоял небольшой одинокий, скрытый в пёстрой листве, светлый домик с синей крышей. Маленькую территорию огораживал покосившийся бело-серый заборчик.