Запомни, я твой куратор!

– Не совсем… – отняла я руку под пристальным взором блёкло-голубых глаз и тихий скрип двери. «Китель», то есть Эриан, распахнул дверь, на мгновение замер, смотря, как я отнимаю ладонь от лорда, а проклятый лорд продолжает гулять по моему лицу изучающим взглядом.

Не став спрашивать – «чем это мы тут занимаемся?», Эриан схватил меня за руку и втащил в комнату, выдохнув:

– Хопс, у нас проблемы!

И он не врал. У нас реально появились проблемы. В тёмной комнате над кроватью юного лорда вились четыре тонких дымящихся щупальца, от вида которых я, кажется, поседела ещё на пару прядей.

«Да что ж тебе не спиться, сопля?»

– Брайт, твою бабушку! – тихо зарычала я и с разбегу влетела на постель. Схватив Хьюго за плечи, стала трясти парня, стараясь разбудить его.

«Открой только глаза! Я тебе такое внушу, до выпуска у меня спать будешь!»

Синие глаза и правда распахнулись, но в них не было тьмы, лишь обида.

– Обманула… – зашептал мой "любимый" адепт.

– Что? – не поняла я.

– Ты… меня… обманула! Ты сказала, что будешь рядом, когда проснусь!

Щупальца из-за спины Хьюго стали расти, шириться и тянуться в мою сторону. Ну, я и не выдержала – залепила Брайту звонкую пощёчину и зашипела подобно дикой кошке:

– Сдурел? Угомонись!! Мне что теперь и по нужде сбегать нельзя? Я, по-твоему, кукла? Я, блин, живая! И пить, и есть хочу, а из-за тебя я всего этого лишена сегодня! Как и нервных клеток! А ну-ка, выдохнул и угомонился, пока на место доброго куратора к тебе не пришла злая тётя Хопс!

– Хопс! – выдохнул Хьюго, окончательно проснувшись и, резко сев, обхватил меня руками за талию, впечатывая в себя.

 – Не уходи! Останься со мной! – попросил он.

Перед глазами всплыло воспоминание худощавого третьекурсника, что, получив впервые вывих плеча на тренировке у Скара, просил остаться с ним в лазарете, пока ему вправляли кость и делали фиксирующую повязку.

В тот день он точно так же вжимался в меня, сидя на постели и пытаясь удержать здоровой рукой. И я осталась… осталась с синеглазым демонёнком, что в тот момент нуждался во мне.

Дымчатые щупальца стали истончаться, а когда я положила ладонь на светлую голову и погладила как кота, вообще истаяли.

– Куда ж я уйду от тебя, горе ты моё луковое? – уткнулась я подбородком в светлую макушку.