Николай Николаевич. Лирическая фантасмагория

Николай Николаевич. Лирическая фантасмагория

Юз Алешковский

«Вот послушай. Я уж знаю: скучно не будет. А если заскучаешь, значит, полный ты мудила и ни хуя не петришь в биологии молекулярной, заодно уж и в истории моей жизни. Вот я перед тобой мужик-красюк, прибарахлен, усами пошевеливаю, как кот, словивший мышь, «волга» бегает, хата, заметь, кооперативная, а жена – скоро кандидат наук, главное, любовь ведь свыше нам дана, замена счастию она, примерно так сказал тот же Пушкин…»

Юз Алешковский

Николай Николаевич

Ирине Розенталь-Никифоровой, Алеше, Ольге Шамборант, Андрюше Битову – на память о веселых поддачах, комарах, свежей треске, землянике и дивных дюнах Рижского взморья.

© Алешковский Ю., 2014

© Пивоваров В.Д., 2014

© ООО «ПРОБЕЛ-2000», 2014

МУЖСКОЙ ПОЛОВОЙ ЧЛЕН

(в разрезе)

1

Вот послушай. Я уж знаю: скучно не будет. А если заскучаешь, значит, полный ты мудила и ни хуя не петришь в биологии молекулярной, заодно уж и в истории моей жизни.

Вот я перед тобой мужик-красюк, прибарахлен, усами пошевеливаю, как кот, словивший мышь, «волга» бегает, хата, заметь, кооперативная, а жена – скоро кандидат наук, главное, любовь ведь свыше нам дана, замена счастию она, примерно так сказал тот же Пушкин. Жена, в натуре, загадка – не менее, а если более, то тайна природы. Этот самый сфинкс с отбитым носом, который в Египте – я короткометражку видел, – говно по сравнению с ней.

В нем, кроме памятника, и раскалывать-то нечего, если разобраться.

Ну, о жене речь впереди. Ты помногу не наливай, половинь. Так забирает интеллигентней, и шнифты не разбегаются, как у зайца. Закусывай, а то совсем окосеешь и еще лет триста умом Россию не поймешь… я тоже, как видишь, совершенно ее не понимаю, но все-таки закусываю.

Короче говоря, после войны освободился я девятнадцати лет, образование – от звонка до звонка, – культурные трехлетние беседы с различными врагами народа, замечательно умными русскими, евреями, литовцами, чеченами, немцами и прочими равноправно посаженными членами дружбы народов.

Тетка меня в Москве прописала: ее начальник паспортного стола ебал прямо на полу в кабинете. И месяц я нигде не работал.

Не хотел. Куропчил потихоньку на садке, причем без партнеров, даже пропаль перепулить было некому. Артистом называли щипачества, легендой такого вот артистизма.