Даева

Я шел по песчаной дорожке и разглядывал вековые деревья, основательные каменные здания начала прошлого века, современные постройки из белого кирпича, гараж на несколько машин, а в глубине парка виднелись купола деревянной церкви.

Обогнув один из корпусов, я вышел к площадке, огороженной высокой сеткой. Там, несмотря на скверную погоду, гуляли пациенты, облаченные поверх одинаковых халатов в куртки и плащи. Санитар – здоровый детина в черном ватнике, из-под которого торчал белый халат, с бритой, как и у гуляющих пациентов головой – курил сигарету.

Я поинтересовался у него, где находится шестой корпус, он объяснил. Некоторые из больных (там оказались исключительно женщины) с приоткрытыми ртами стали меня разглядывать. Остальные не проявляли никакого интереса. Стояли на месте, ходили по кругу, разговаривали, как я заметил, сами с собой. Одна, сидевшая на узкой деревянной скамейке, непрерывно стучала ребром ладони себе по колену, сжимая и разжимая при этом руку, на несколько секунд останавливаясь и к чему-то прислушиваясь, а затем продолжая свое выстукивание.

«Не дай мне Бог сойти с ума! Уж лучше посох и сума!» – подумал я и отвернулся от мрачной картины.

Корпус номер шесть оказался двухэтажным домиком, по стене которого вился плющ. Перед окнами предполагалась лужайка и клумбы. Сейчас они были занесены снегом. Чувствовалось, что больница была за городом и на северном направлении. Снег был белый. Поодаль стоял новенький дорогой автомобиль, цвет – металлик.

Еще один санитар, родной брат того, что выгуливал женщин, проверял давление в колесе. Неужели это его машина? Однако!

Кабинет Дергача – на медной табличке значилось: «Директор больницы» – занимал угловое помещение, окнами выходя на лужайку и на авто. Судя по взглядам, которые хозяин кабинета бросал на машину во время нашего разговора, я понял, что автомобиль все-таки принадлежал ему. Кабинет был не хуже, чем у Бориса, только в другом стиле. В английском, почему-то подумалось мне.

Внешне Дергач был больше похож на завхоза или прораба, чем на директора: круглое лицо, пронырливый взгляд, яркий дорогой пиджак.

– Добрый день, – обратился я к нему и уселся без приглашения в кресло, стоявшее рядом со столом из красного дерева. – Борис Андреевич звонил вам. Я знаю, как дорого ваше время…

– Да? – он приподнял брови, разглядывая меня как стройматериал, который привезли по ошибке. – Да, довольно дорого.