Путь на Кристу. Закрытые воды

Дед не выдержал и выматерился особо изощрённо.

– Плохая эта коричневая речка, – решил я. – Нетолерантная какая-то, агрессивная.

– Коричневая… Предлагаю назвать её «Фашистской»! – яростно бросил Самарин, стукнув кулаком по столу. – Так и нанесём на новую карту!

– Не выговоришь, – усомнился я. – Давайте хоть да Фашки сократим.

– Тогда Аракара! Фашистская речка. Из книги «Секретный фарватер», читали?

– Смотрел. Принято, пусть будет Аракара.

Вот так вот. Вокруг бродят индейцы со свастикой и страшными собачками.

Эх… Косой крест на прошлой жизни.

Глава 3

Акваториальные особенности

По-моему, этой ночью никто не смог поспать спокойно.

Осознав произошедшее, начали плакать дети. Нина чуть с ума не сошла, бегая из каюты в каюту. Потом в депресняк влетели и взрослые: родные, близкие, дом, работа… кошки-попугаи… Конкретно взбрыкнула Леночка, папаша-профессор с женой находились в тихой панике: у дочери, оказывается, есть скрытая любовь в Красноярске, какой-то Виталик. Теперь Леночка громогласно декларирует намерение от горя самозатопиться в Аракаре.

Сущий кошмар. На меня, естественно, тоже накатило, обвал планов, полная непонятка. В голове – несостоявшиеся встречи, невыполненные обязательства, хорошо, что таких мало, за последний месяц подтянул. Вместе с тем возникло странное чувство. Как объяснить… Ну, вот вы захотели, наконец-то, начать жить правильно – припекло. С завтрашнего дня начну по утрам бегать трусцой с целью воссоздания из пепла бесконечных бизнес-тёрок былого бодрого феникса.

Энтузиазма ноль, но уже надо. И тут, вот ведь незадача, подворачиваете ногу, поднимаясь по лестнице в спальню. Ничего страшного, ходить от джипа к лифту вполне можно. А бегать уже нельзя. Отмаз железный. И так хорошо становится…

Баржа оказалась румынская. Вполне ещё крепкая и села-то недавно, в особо крутое половодье либо какое-то стихийное извержение с небес, когда вода поднялась выше всех пределов. Снять невозможно, и это не я сказал.

– Значит, Дунай, – решил капитан.

– Значит, имеем интернационал, коллеги, – дополнил профессор.

«Значит, это не локальный сбой, – с горечью подумал в свою очередь я. – Тут уже глобализацией пахнет, соответственно, проблема усложняется: чем сложней элементы множества, тем трудней найти решение».

Полон был лишь один танк, в остальных сухо, на палубе с уклоном на нос – дождевой воды по щиколотку пополам с растительным мусором. Птички железяку любили, заметно.

Вахты определили тройками.