Параллельный мир

– Вот и увидим, – закончила Злата наш разговор, – а теперь вниз, я кушать хочу.

Мы спустились. Пообедали во французском ресторане La Marche. На веранде. Было хорошо. Изумительная еда, тихое ворчание речки, любимая женщина рядом. Я сидел на плетёном кресле и наслаждался каждой минутой, каждой секундой этого дня.

И я старался продлить этот день. Не торопясь заказал десерт, потом кофе. Злата вначале сидела смирно, так же, как и я, ловя наши счастливые мгновенья. Но потом начала вертеться и поглядывать на часы. Со стороны она мне напоминала непоседливую озорную девчонку.

– Нам ехать пора, – сказала она, допивая кофе.

– Раз пора, поехали, – согласился я.

Расплатился за обед. Вернулись в отель. Собрали вещи.

Ехали молча. Моя любимая успокоилась и смотрела в окно. По радио крутили старые чешские песни. Злата встрепенулась, когда зазвучала песня Franti?kovy Lаzne. Начала подпевать.

– Хочу на курорт, – сказала она, – но не в Франтишковы Лазне, а на море.

– Хочешь, поедем, – предложил я ей.

– Обязательно, – улыбнулась она, – только сейчас мне надо на автобус.

Мы не успеваем за моими вещами заехать. У меня в квартире вторая сумка осталась. Пусть полежит. Там грязное шмотьё. Не трогай его, пожалуйста.

– Твои вещи будут ждать тебя в целости и сохранности, – заверил я её, не переживай.

На Флоренц мы приехали вовремя.

– Не провожай меня, – сказала мне Злата, – я тебе позвоню.

Чмокнула в щёку и убежала. А я поехал домой.

Приехал, принял душ, разобрал вещи. Посидел за компьютером, проверил почту.

Побродил по сайтам женской одежды. Запутавшись в них окончательно, закрыл крышку ноутбука.

Зазвонил телефон. Хотят посмотреть квартиру. Договорился встретиться через час. Не торопясь попил чай. Переоделся. Сел на свой любимый трамвай под номером 9.

Ехал и думал о Злате. О том, как мне хорошо с ней. О её непостоянном и взрывном характере. О её изумительных глазах. Хотя цвет им дают всего лишь линзы.

Доехал до Вацлавака. Поднялся к квартире. Интересующиеся уже ждали меня.

Две молодые студентки из Казахстана. Чёрненькая и беленькая.

Показал девчонкам квартиру. О случившимся некоторое время назад происшествии, естественно, умолчал. Поторговались. Поговорили о ценах на жильё, о трудностях изучения чешского языка, о кризисе. Было видно, что квартира им понравилась. Но восточное воспитание не позволяло договориться о проживании, не поторговавшись. В итоге договорились, что они мне позвонят завтра.

Вышли на улицу. Распрощались.