Все хотят

Только злых розыгрышей ей недоставало! Но новенький держался уверенно. Казался вполне нормальным, не считая его предложения. И страх, и всё остальное, но… десять тысяч! Три стипендии за какую-то ерунду.

«С почасовой оплатой. Как проститутка. Вот уж да», – уколола себя Тася, а вслух сказала:

– Последняя пара. После неё.

Развернулась на пятках. Не услышав шагов за спиной, зачем-то озаботилась:

– Идёшь?

– Не. Аппетит разыгрался, – проскочил мимо. – Найдёшь меня.

В итоге, спустя час и сорок пять минут, он нашёл её первым.

Едва седой не сделал, подкараулив за дверью женского туалета.

– Да ты..! – пропыхтела девушка, готовая разразиться гневной тирадой. Вот только десять тысяч. Десять тысяч…

– Давай, Тася, веди.

Два лестничных пролёта, старые двери с треснутым стеклом, и они в читальном зале. Здесь даже были люди. Очкарик за доисторическим пузатым компьютером и библиотекарь – за стойкой, не таясь, читала эротический роман с ангелом и демоном на обложке. Скудная компашка никак не походила на группу поддержки или на заступников, в случае чего.

Хмурая и настороженная, Тася жестом пригласила за стол у окна, чтоб поймать последние лучи заходящего солнца. Без лишних предисловий предоставила схему расположения корпусов, заблаговременно нарисованную на паре. Выложила копию расписания, список литературы, позаимствованный у старосты. Сопровождала записи лаконичными пояснениями.

Это был её дебют как учителя, и теперь Тася волновалась. В трепете своём находила даже нечто от приятного.

Как-никак, смена деятельности помогает отвлечься. При том никак не могла избавиться от перманентного смущения. Что кто-то видит её вблизи, что, возможно, чувствует дыхание. Подперев подоконник, на вытянутых руках тасовала бумажки, и руки эти предательски дрожали.

Переживала, что Остап в своих чудны?х идеях вознамерился развлечься на все денежки. Переживала напрасно. Хотя бы потому, что время всё шло, а о деньгах даже не заикался. Да и пялился на записи, как ребёнок на книжные иллюстрации.

Очень быстро перестал притворяться хорошим слушателем. Зато не перебивал. Лексика Таси, к счастью, отмела надобность уточняющих вопросов. Просто наблюдал за рассказчицей, сперва украдкой, затем целенаправленно, с толикой мечтательности во взгляде.

Та старательно делала вид, якобы не замечает внимания. Но вот её монолог завершился, а на предложение оформить читательский билет ответа не поступило.