Самая страшная книга 2023

Теща развешивала на веревках стираные ползунки, пеленки и тканевые комбинезончики, а на кухне у нее булькал в кастрюле суп на ужин, а еще дверь в ванную была распахнута, и там гремела старая стиральная машинка.

Девочка сидела на полу в гостиной, играла с деревянными кубиками. Мальчик лежал в коляске, Леша видел только его крохотные ручки, пытающиеся дотянуться до погремушки.

– Схожу погуляю с ними, – сообщил Леша, передавая теще букет.

– Умом тронулся? – спросила она. – Ты ж подходить боялся.

– А теперь не боюсь.

Пока теща суетливо одевала детей, Леша стоял на пороге и разглядывал то девочку, то мальчика. Пытался раскопать внутри самого себя что-то, связывающее его с этими детьми. Что-то родное. Может, девочка и вправду похожа? Носик, если присмотреться, вполне себе. Глаза такого же цвета. Вырастет красавицей, уже сейчас видно. А по мальчику вообще ничего не видно, он маленький еще слишком.

В детстве Леша дружил с приемным парнишкой из соседней квартиры. Никто не скрывал, что он приемный, а родители его даже, наоборот, гордились.

Они несколько раз говорили такое: «Отец и мать не те, кто родили, а те, кто воспитали». Раньше Леша не задумывался о значении этой фразы, а сейчас вот согласился.

В конце концов, какая разница, откуда дети взялись, если их можно вырастить нормальными людьми.

Он спустил коляску по лестнице, удивляясь, как это, оказывается, тяжело. На улице направился к детской площадке и там сидел на скамейке полчаса, наблюдая, как девочка возится с игрушками во влажном и припорошенном снегом песку.

Мальчик спал. В какой-то момент позвонила Лида и радостно защебетала о том, как гуляет по продуктовому магазину, как ей тут хорошо и интересно. У нее прошел страх. Лидина радость передалась и Леше тоже. Он отвлекся от тяжелых мыслей, рассказал (впервые за месяцы) о делах на работе, о плановых встречах и нелепых случаях в офисе. Посмеялся с женой вместе, а когда мальчик в коляске заворочался, сказал такое отцовское и теплое: «Ну-ну», будто много лет воспитывал детей.

После разговора Леша пошел домой. Колеса коляски вязли в снежной каше, из-за этого Леша задержался на лишние минут десять, и это было хорошо, потому что если бы он вернулся домой раньше, то неизвестно, как бы все закончилось для него и для детей.

Он поднялся на четвертый этаж, проклиная отсутствие лифта в их ветхой кирпичной пятиэтажке, и обнаружил, что входная дверь в квартиру приоткрыта. Пахло горелым, будто сбежало молоко на плите.