Самая страшная книга 2023

 – Петр вдруг обессиленно опустился на стул и зарыдал. – Боже, мне так стыдно… Но как иначе? Мне так больно быть одному.

– Вы псих, сумасшедший идиот, – бормотал Климов. – Это случайный контур среди белого шума, это же просто…

– Я хочу воды, – громко сказала Саша.

– Ох, да, конечно, извините, – засуетился Петр. – Вы же после препарата, представляю, какая жажда… Я сейчас, сейчас. – С этими словами он нажал на несколько клавиш – контур исчез, открылся экран с кодом – и выбежал из комнаты, на ходу вытирая слезы.

– Саша, он точно психопат. Знаешь, на чем все это написано? – Климов смотрел на монитор. – Это, блин, «Бейсик»! Не «Вижл», обычный «Ку-бейсик» – тут миллионы строк кода. Это не может работать даже в теории. Чтобы обращаться ко всей этой груде устройств и интерфейсов, нужен, не знаю, язык ассемблера…

– Климов, слушай внимательно, я сейчас попробую сломать кресло, а ты… – Саша не успела договорить, в комнату вернулся Петр со стаканом и каким-то сложным медицинским прибором в руках, напоминающим одновременно стетоскоп и ножницы.

– Это для невролиза, – пояснил Петр, поднося Саше ко рту стакан. – Я подключу вашего друга к системе…

– Что? – не поняла Саша. – Подключите к системе?

– Да-да, как остальных. Сейчас покажу, сразу поймете, – закивал Петр, метнулся к стене и открыл один из стоящих там ящиков.

Внутри лежал ссохшийся человечек – возможно, подросток. В тусклом свете сложно было что-то разглядеть, но казалось, что к его телу и голове через дырки в ящике идут провода и трубки.

– Он не страдает, не волнуйтесь. Он мертвый, по сути, – успокоил Сашу Петр. – Работают только несколько участков. Это знаете, как соленоиды, катушки индуктивности в белом веществе. Нервные волокна вроде сердечников, а миелиновая оболочка, так сказать, обмотка. А остальное я все выключил. Капельницами поддерживаю функ…

– Это что такое? – Саша чуть не задохнулась.

– Саша, – простонал Климов. – Этот шизоид делает интерфейс из плоти. Он подключает железо к головам этих…

– Верно! – подхватил обрадованный Петр.

Саша не могла проверить в реальность происходящего: обоссанный кошками подъезд, щебечут птицы, в соседней квартире сидит у телевизора старушка, диван затянут в целлофан – чтобы бедовые внучата не попортили, на полках коллекция куколок из соломы, а за покрытой яичными лотками стеной безумец мастерит интерфейс из плоти.