Как не обидеть дракона

– Ты чего? – на всякий случай осведомился «рыцарь».

– Не-а, ничего, только мне и вправду показалось, что я чувствую Силу камня.

Ли улыбался. Он умел это делать, как никто другой: стоило уголкам губ раздвинуться, и мать прощала любую шалость, а отец переставал ворчать.

– Врёшь. Докажи.

Эйт тоже ощущал магический эффект смягчающей педагогическую строгость улыбки, но решил не поддаваться.

– Не-а. А чего ты хочешь?

– Я же велел: прекрати «иакать»! А потом, Сынок, сделай так, чтобы меня парализовало.

Можешь зашабашить молнию или ещё что, валяй.

– Не рискуйте, господин, – если ваш брат это чувствует, это опасно.

Это сказал Ках. Крестьянин стоял теперь рядом с играющими ребятами и изучающе уставился на камень так, будто воспринял Ли всерьёз.

– Да заткнёшься ли ты?! – прикрикнул на него Эйт. – Что мешаешь играть?

Он покраснел от злости.

– Сдаётся мне, господин, – смиренно сказал Ках, – вы боитесь, что я прав…

– Ли, а ну, колдуй! – сорванным голосом приказал Эйт.

Он не желал больше слышать ни звука от чудаковатого незнакомца. Младший брат огляделся, посмотрел старшему брату в глаза, воздел руки и попытался сосредоточиться. Вот бы ещё раз напугать или хотя бы развеселить родственника-тирана! Он медленно повёл указательным пальцем перед глазами, потом ещё и ещё раз, как бы плетя сеть.

Движения плавные, увлекающие. Нити, нити остаются после каждого взмаха… Ветра мало, надо ещё что-то. Ах да, есть булыжник. Его бы мысленно поднять и вплести в паутину… Зачем?

– Ли, Ли, очнись!

«Ах да! Лови», – шепчут неосязаемые губы, и ладонь кидает готовое кружево.

Эйт отлетел в сторону – прям великан невидимый толкнул его – и рухнул на землю, как мешок с мукой. Он лежал на спине в пяти шагах от камня и не отрывал испуганного взгляда от Ли.

– Отпусти, не смешно!

– А я вас предупреждал, – протянул Ках, который с интересом наблюдал за происходящим, и подал руку Эйту.

Тот принял эту руку, но не сумел самостоятельно обрести равновесие.

Тело сопротивлялось, словно на нём одновременно танцевали десять Ли. Ублизнюкавру вздохнул и, без предупреждения оставив попытки помочь, отошёл в сторону.

Ли считал, что игра продолжается и все эти падения и вскрики – всего лишь часть нового плана брата, который закончится то ли тумаками, то ли подзатыльниками. Он решил играть свою роль, не думая о последствиях, рассчитывая хотя бы получить удовольствие перед неизбежным наказанием.