Как не обидеть дракона

В толпе сразу же нашлись приятели и родственники задействованных лиц, поэтому скоро за Лиасом и Этчеверрией бушевала настоящая война, которую можно было бы окрестить «селёдочной». Битва трансформировалась в побоище, уже сбежались завсегдатаи подобных мероприятий с соседних улиц, запестрила шлемами Императорская гвардия, слышались свистки и проклятия…

Посреди всего этого улыбающийся Этчеверрия и напуганный Лиас выглядели, если уместно так сказать, островками стабильности[5 - Это не кумрская поговорка – её происхождение мы точно не установили.

], в основном благодаря воздушному щиту мастера. Несколько раз к барьеру выдвигались беснующиеся люди, наносили удары, но только разбивали кулаки о невидимую броню, созданную гиосским мастером.

Одного из драчунов толпа швырнула в барьер так, что он ударился носом и кровь повисла в воздухе, растёртая по невидимому полотну магического препятствия.

Затем на первый план прорвался Паалатон. Он отшвыривал нападавших, словно фигуры из картона. Молодой человек не оценил кровожадной суеты вокруг – он не считал себя вправе отвлекаться от цели.

Мир Фэнби

Империя Кумр

Столица империи город Кумр

Гильдия магов Кумра

Изнутри здание Гильдии не приглянулось ни Лиасу, ни Паалатону. И это неудивительно: старческий возраст большинства магистров предполагал консервативность и традиционализм, противные юношескому задору.

За входом неслись странные запахи – мы пишем «неслись», так как последовательность их и сочетания менялись подобно направлению ветра при неустойчивой погоде.

Две ровные белые стены, туман впереди – и всё. Для того чтобы обозначить середину коридора, на пути красовался чей-то памятник.

Смертному казалось, что он находится в чреве огромной бесцветной змеи: залы не имели чёткой формы и состояли в различных пространственных взаимоотношениях с идущими. Вначале они поднимались («Шея», – думал гроссмейстер), при этом усталости, как при подъёме по горным тропам, не чувствовалось.

Потом стены опускались. В самой сложной точке путники осознали, что медленно шествуют по потолку.

Обычный путь, только обстановка оригинальная.

Видимо, чтобы гости не скучали, в мрамор втёрли – опять-таки, именно это определение соответствовало реальности больше всего – какие-то створки, на которых не было ни одной внятной надписи.

«Догоним и перегоним», – прочитал Лиас на одной двери.

«Ура решениям XXII», – кричали буквы на другой. «Для демократии нужна диктатура», – гласила третья.