Клуб одиноких вдов

Теперь она охотно заплатила бы сама, лишь бы ей не досаждали глупыми просьбами, подобными этой.

– К сожалению, уже через полчаса я должна быть в администрации, – сказала она, для убедительности посмотрев на часы. – У мэра есть ко мне вопросы по празднованию юбилея города. Так что я вынуждена отказаться от вашего щедрого предложения.

– Понимаю-понимаю, – кивнула молодая женщина. И, склонившись к девочке, начала ей объяснять, говоря слишком громко, вероятно, желая, чтобы ее слышала и Марина: – Дашенька, милая, Марина Львовна не может заниматься с тобой, она сегодня очень занята.

Мы придем к ней на концерт, как в прошлый раз. Помнишь? Ты еще подарила ей букет цветов.

Девочка слушала, не сводя восторженных глаз с Марины. И кивала головой на каждое слово, почти как ее мать. Они были очень похожи друг на друга – обе рослые, черноволосые и некрасивые. Марина чувствовала себя неловко под взглядом девочки, в котором сквозило разочарование. И она даже обрадовалась, увидев входящую Виолетту, чье появление избавляло Марину от тягостной для нее сцены.

Девушка глубоко дышала, запыхавшись от быстрой ходьбы. Марина критически оглядела ее. И едва сдержала новую вспышку раздражения. Крохотную юбку девушка сменила на узкие брюки из экокожи, которые, казалось, готовы были вот-вот лопнуть на ее пышных бедрах, обрисовывая их во всех анатомических подробностях. На вкус Марины, выглядело это еще более непристойно, чем прежнее одеяние.

– Вам нравится, Марина Львовна? – спросила Виолетта, заискивающе улыбаясь.

Это стало последней каплей, переполнившей ее чашу терпения. Марина чуть не заскрежетала зубами.

– Займись клиентами, – бросила она, проходя мимо ожидающей ответа Виолетты. Марина спешила уйти, чтобы не наговорить лишнего в присутствии посторонних людей, которые потом разнесли бы слухи об этом по всему городу. Эмоциональная вспышка могла дорого обойтись ее репутации, которую Марина создавала годами и очень ею дорожила. Для всех окружающих Марина Тукова была доброй и милой женщиной, лишь немного уступающей в добродетели матери Терезе.

Сотрудники ее театра в счет не шли. Им бы все равно никто не поверил, вздумай они утверждать обратное. Подчиненные всегда плохо отзываются о своих начальниках, когда их увольняют. А те, кто работал и получал солидную зарплату, предпочитали держать язык за зубами. Болтать им было себе дороже.

Но, еще не дойдя до своей машины, Марина позвонила начальнику отдела кадров.