Планета Забвения

Ева подошла ближе, чтобы нарисовать на стекле домик трубой и дым спиралькой, как всегда делала в детстве, она подняла руку для рисунка и вдруг остановилась. Высокий лоб наморщился, а губы скривились в грустной усмешке.

Из отражения смотрела невысокая женщина в растянутом вязаном свитере, мешком, покрывающим худенькую фигуру. Из-под него виднелись розовые ночные шорты, мятыми волнами расходящиеся вокруг тонких колен. Волосы неаккуратно свисали в разные стороны из кривого пучка, скрепленного на затылке карандашами, а очки в роговой оправе сползли на нос.

Ева грустно улыбнулась, и эта женщина когда-то слыла первой красавицей школы!

Она тяжело вздохнула и прикоснулась лицом к холодному стеклу, кожу приятно окутала влажная прохлада капель. Хотелось закрыть глаза и оказаться у океана… Ей всегда хотелось к океану, когда она сильно уставала. «Евааа… когда это все закончится и начнется настоящая жизнь…» устало прошептала она.

Ей давно казалось, что живет вовсе не так, как должна, словно проживает чью-то чужую жизнь.

Но все не было времени поразмыслить об этом как следует, Ева даже задумывалась о походах к психологу, чтобы основательно разобрать мысли по полочкам и вернуть легкость в рассудке и ощущениях.

Она стерла налет с окна, чтобы больше не видеть отражения и распустила волосы, золотые локоны упругими волнами рассыпались по плечам, приятно защекотав нос нотками специй от любимых духов.

– Вот так! – задорно произнесла Ева, не понятно к кому обращаясь и с удовольствием посмотрела на улицу.

За окном оживленно гудели машины, приятно обволакивая рассудок и аромат кофе вроде успокоил мысли, как вдруг сердце остановилось, и рука Евы дрогнула. Ее едва не разорвало от внезапного приступа паники, она сжалась от острой боли в районе солнечного сплетения и опустилась на колени. Чашка упала на белый кафель с глухим звуком расколовшегося фарфора.

– Кто здесь? – голос сорвался на шепот, нарастающее чувство страха не давало сделать полный вдох и так сильно кружилась голова, что Ева не могла удержаться на руках и обессиленно упала на пол.

Кофе растекся по кафелю в форме большой неаккуратной кляксы, Ева протянула руку к острому фарфоровому осколку, но не смогла зажать его в кулак, все тело колотила сильная дрожь и пальцы не слушались.

– Ееееваааа… – по спине пробежал леденящий холодок и сильно сжало в области шеи.