Планета Забвения

Арияна не стала рассказывать Катарине об истинных причинах, чтобы не пугать, к тому же, Катарина все рассказала бы родителям, а пока она во всем не разобралась, этого допустить никак нельзя…

Так что, всю ночь девочка усердно рисовала Энергетические Матрицы, пытаясь не упустить ничего важного. Правда, в момент, когда Кирилл вернулся домой за мячиком, отчего-то заставил ее сердечко сильно биться.

Арияна не видела Орума, и не слышала его разговор с Кириллом в спальне Евы, как раз в эту секунду на виртуальный накопитель ей написала Катарина и попросила выслать слайды с отдыха, так что, Арияне пришлось влезть в память накопителя и подобрать парочку из сделанных ранее, чтобы Катарина ничего не заподозрила.

Предчувствие Арияну не обмануло. Она даже расплакалась, когда Кирилл достал из портфеля мелки и принялся разлиновывать поле на линолеуме школьного коридора.

Сначала остальные дети смотрели на него с недоверием, но через несколько минут составили компанию. Та что, к началу первого урока линолеум был очерчен ровными линиями, и тогда Кирилл с победным видом достал мячик.

– А нас не заругают? – неуверенно спросил один мальчик. Несколько детей так испугались этой затеи, что побежали в класс и заняли свои места, прилежно сложив ручки на парте. Им совсем не хотелось слышать, как Зинаида Петровна будет ругаться, а потом еще получать дома дополнительные наказания от родителей за плохое и недопустимое поведение.

– Ну. Я не помню, чтобы Зинаида Петровна что-то говорила про мячик. Про прятки помню, а про мячик не помню, – бесхитростно улыбнулся Кирилл, он выглядел очень грустным. Он ожидал в ответ большей реакции, ликование и радость от новых друзей, но только не тихое неприятное молчание, скованное ощущением чего-то совсем неприятного.

Арияна заплакала и прижала кулачки к подбородку,

– Пожалуйста, только не оборачивайся… – прошептала девочка.

Кирилл как будто услышал ее и почувствовал, как по спине появляются мурашки и щекотно разбегаются по всему телу, словно маленькие невидимые мошки. Он не хотел оборачиваться, дети затихли не просто так, но понимал, что выбора у него нет. Так что, мальчик тяжело вздохнул и обернулся.

– Доброе утро, Зинаида Петровна, – дружелюбно произнес он.