Я говорю не с тобой. Психологический триллер

Сама Лиза во Владимире ничего особенного не нашла, он даже показался ей скучным. Пока не начал говорить…

– Лиза, – она протянула руку в знак приветствия.

– Очень приятно, Елизавета, мне очень. Приятно, – Владимир произнёс в ответ всего несколько слов, но каждое слово сопроводил таким количеством красноречивых жестов, что у Лизы задергались руки. Она не любила людей с нервными движениями.

Отец часто повторял, что «Беспокойным должен быть только ум и только в те мгновения, когда это нужно писателю. В остальное время ни один голос не должен нарушать молчание рассудка, каким бы тяжелым оно не казалось…»

Лиза вздохнула.

Конечно, писателем она не стала, и не думала быть, но советы отца всегда вспоминала с большой благодарностью. Он очень многому ее научил… Девушка окунулась мыслями в воспоминания и задумчиво улыбнулась, хорошо, что у нее есть Александра. Матери Лиза не знала, она умерла при родах и отец воспитывал ее один.

Они многое с ним прошли – его длительные депрессии от отсутствия вдохновения, сумасшедший восторг от переполнения новыми образами, замкнутость и блуждание в собственных мыслях, иногда он не разговаривал с Лизой неделями… Просто сидел у окна и думал о чем-то своем…

А ей было так грустно и одиноко, что она отвлекала себя в саду, высаживая красивые гортензии.

Нежные цветы нравились ей своими трепетными волнующими оттенками, за этим занятием ее впервые и застала Александра. Между девочками сразу возникла крепкая доверительная связь и дружба растянулась на долгие годы…

Лиза вскрикнула от острой боли, Александра ущипнула ее за локоть, чтобы вернуть к действительности.

Лиза зажмурилась и потрясла головой, чтобы отогнать от себя грустные воспоминания, ясные голубые глаза Владимира внимательно ее изучали, как будто он ждал от нее ответа…

– Повторите пожалуйста, – прошептала Лиза и подготовилась к очередной порции жестов, даже закусила нижнюю губу, чтобы не закричать.

Владимир и правда задергался всем телом, худые руки заходили ходуном, а блестящие голубые глаза завертелись, словно перевязанные тонкой веревочкой где-то внутри головы.

– Конечно, Елизавета, я спросил присоединитесь ли вы на ужин?

– Что… – она не верила собственным ушам, да кем себя этот Владимир возомнил? Она видит его впервые жизни, а он уже говорит о каком-то ужине, совсем современные мужчины не умеют ухаживать.

Владимир испуганно оступился, в ответе Лизы было столько холода, что ему стало не по себе.