Чужие игры. Столкновение

 – Что еще?

– Нужно собрать родственников пассажиров и членов экипажа, – предложил Штерн.

– Это мы возьмем на себя, – тут же сказала Шарлин из Vacoom Inc. – Собственно, мы уже занимаемся: разослали сообщения, забронировали билеты и номера в отеле.

– Хорошо, – одобрил адмирал. – Нужны психологи.

– Будут, – пообещала Шарлин. – Но вот с журналистами придется общаться вам.

– Я справлюсь.

– Я бы отложил пресс-конференцию до старта спасательной миссии.

И лишь после этой фразы, произнесенной громко и уверенно, Касатонов и остальные участники совещания с удивлением поняли, что в кабинете находится еще один человек: неприметный, блеклый мужчина в дешевом костюме, с потертой кожаной папкой в руках.

До сих пор мужчина скромно сидел в уголке и, если бы не реплика, так и остался бы незамеченным.

– Можно узнать, почему, по вашему мнению, я должен отложить пресс-конференцию? – негромко осведомился адмирал.

– При всем уважении, Алексей Андреевич, вы не можете выйти и сказать, что вам нечего сказать.

 – Мужчина позволил себе что-то напоминающее улыбку. – Об этом могут сказать советник Штерн или советник Дорохов. Вы должны появиться с настоящими новостями.

Касатонов мысленно согласился с доводами незнакомца и уточнил:

– Как, вы сказали, вас зовут?

– Я не говорил, но с удовольствием исправлю эту оплошность. – Мужчина бросил быстрый взгляд в сторону адмирала и вновь уставился на лежащую на коленях папку.

 – Козицкий, просто Козицкий. Я сюда назначен.

– Тот самый Козицкий? – поднял брови адмирал.

– Вас должны были предупредить, Алексей Андреевич…

– Меня предупредили. – Касатонов выдержал короткую паузу. – Господа, совещание окончено. Вы знаете, что делать, а сейчас, пожалуйста, оставьте нас.

Штерн попытался задержаться, в надежде, что его положение заставит адмирала сделать исключение, но тот так посмотрел на помощника президента, что Марк счел за благо не связываться и тоже покинул кабинет.

Касатонов дождался, когда за последним человеком закроется дверь, и тяжело посмотрел на блеклого:

– Пожалуйста, пересядьте к столу.

– Ах да, конечно… – Козицкий вновь продемонстрировал улыбку и выполнил приказ. – Без сомнения, так нам будет гораздо удобнее.

Первое впечатление не исчезло и не изменилось: незаметный, блеклый, невзрачный. Не мужчина, а тень человека-невидимки.