Чужие игры. Столкновение

 – Нам предложили цивилизованное решение нашей… гм… проблемы. Признаться, я этому рад.

– Но… – попыталась сказать Наоми, однако капитан не расслышал ее и обратился к Вагнеру: – Павел, что со шкафчиками?

– Их здесь тридцать, сэр, – тут же отозвался кадет. – Два ряда по пятнадцать штук. Ключи вставлены в замки.

– Мисс Баррингтон?

– Столько же, капитан.

– В каждом лежит полотенце, шлепанцы, зубная щетка… – начал перечислять Вагнер, но был остановлен.

– Я понял, – кивнул Линкольн. И громко обратился к ребятам: – Слева – мужская уборная, справа – женская.

Каждый может выбрать себе шкафчик и забрать от него ключ.

– Вы разрешаете ими пользоваться? – удивилась Наоми.

– Почему нет? – пожал плечами капитан.

– Нужно сделать химический анализ воды.

– Каким образом?

Женщина замолчала.

– Я сделал глоток из-под крана и пока жив, – улыбнулся Вагнер.

– Павел, я готова поверить в то, что вы перевариваете гвозди, – улыбнулась кадету Наоми. – Но сейчас мы говорим о детях.

– Полагаю, они обязательно рискнут.

– Почему?

– Это приключение – пить инопланетную воду.

– Опасное приключение.

– Я понимаю, но они не послушают.

Амар покачала головой, и капитан понял, что должен внести ясность в происходящее:

– Наоми, мы уже больше двенадцати часов дышим здешним воздухом, – негромко произнес Линкольн, наблюдая за тем, как подростки заходят в двери уборных. – Полагаю, владельцы корабля пришли к выводу, что вода нам тоже не повредит.

– А если они ошибаются?

– Решение принято, – улыбнулся капитан, после чего кивнул Вагнеру: – Павел, мне нужна помощь с реактором.

– Да, сэр.

– Наоми, переговорите с доктором Нуцци. – Линкольн кивнул на подошедшего к уборным врача. – Возможно, он сумеет развеять ваше беспокойство.

– Или усилит его.

– Или так.

Капитан и кадет отправились к «Чайковскому», Наоми ухватила невозмутимого Нуцци за рукав и принялась что-то жарко ему доказывать. Анна не стала занимать место в сформировавшейся очереди, а отошла, дожидаясь, когда появится Артур.

Девушка не рассчитывала на компанию – все были слишком увлечены появлением уборных, – но едва Анна оказалась в стороне, как возле нее возник Август Даррел.

– Привет.

– Мы здоровались.

– Когда?

– Когда ты только продрал глаза и озирался, пытаясь понять, где находишься.

– А вдруг мне приятно говорить тебе «привет»?

– Тогда привет.

– Привет.