Чужие игры. Столкновение

– Что вы имеете в виду? – прищурилась девушка.

– Если ваш брат склонен к приступам, переживания последнего дня должны были спровоцировать хотя бы один.

– В целом у Артура тревожное настроение, – помолчав, сообщила Анна. – Но он пока справляется.

– Сколько таблеток успокоительного вы дали брату за последние сутки?

– Ни одной.

– Это хорошо, – повторил Нуцци, глядя девушке в глаза. – Но еще более странно.

– А я рада, что Артур сумел сдержаться, – с вызовом произнесла Анна.

– Прекрасно, мисс Баррингтон, – кивнул врач.

– С Артуром все хорошо. – Анна поднялась. – Тельма, спасибо за компанию.

– Заходи как-нибудь.

– Я приберегу для вашего брата нужные препараты, мисс Баррингтон, – пообещал врач, но девушка ему не ответила.

* * *

Анна скрылась, обогнув «Чайковского» со стороны разбитого носа, и Тельма перевела взгляд на Нуцци:

– Что это было, док? Зачем вы напали на бедную девочку?

– Бедной девочке нужно быть со мной более откровенной, – спокойно ответил Нуцци.

– Я не заметила, чтобы она вам лгала.

– А я заметил и дал ей это понять.

– Зачем?

Теперь, когда гостья ушла, все обитатели «правой стороны» обернулись к говорящим, внимательно ловя каждое слово. При этом доктор с удовольствием отметил, что в лагере собрались все оставшиеся в живых сотрудники, летевшие к Луне на второй палубе, все семеро, что позволит плавно перевести разговор в совещание.

– Тельма, вы ведь наверняка заметили, что мы находимся в весьма странных обстоятельствах, – обаятельно улыбнулся Нуцци. – Я бы назвал их критическими и считаю, что нам не следует плодить дополнительные секреты и тайны.

– Что не так с ее братом? – поинтересовалась Мария.

– Артур – аутист со склонностью к приступам.

– Я это поняла, – кивнула женщина. – Что с ним не так?

– Мальчик ведет себя слишком здраво, – ответил врач после короткой паузы.

– Разве это плохо?

– Это странно.

– Гм… поверю вам на слово, док.

– Сделайте одолжение, – рассмеялся Нуцци, но через мгновение стал очень серьезным. – Тельма, капитан хочет, чтобы мы продолжили наш скорбный труд.

– Почему он не сказал нам? – насупилась Кан.

– Он сказал мне.

– Ты теперь нами командуешь?

– Нет, конечно нет…

– А кто?

Так получилось, что на второй палубе быстрее всех от шока оправилась Тельма.